53 подписчика
Я доехала до дому, когда завершила всё, что смогла за этот день. Моё уныние шагало рядом под ручку с внутренним драматургом. Они требовали от меня зрелищ и переживаний, а я устала и не хотела их поощрять.
День и так выдался насыщенным.
⠀
Я присела кособоко в большое кресло в комнате. Сегодня одна — без подруги, без друга. В такие вечера одиночества я приглашаю в соседнее кресло маму.
⠀
Подумать только… почти двадцать пять лет я без неё, но всё ещё веду с ней беседы. Кажется, я сделала из неё своего ангела-хранителя. Ту чистую частичку себя, с которой я умею разговаривать по-особому.
⠀
— Почему ты всегда приходишь? — спрашиваю я.
— Потому что ты зовёшь, — отвечает и я чувствую, что улыбается.
— Зачем это мне? — я могу задавать любые вопросы, она не растеряется и не обидится.
— Ты так восстанавливаешься…
— Вот так просто. Я же устала, — сказала я и задышала глубже. Губы начали подрагивать.
— Ты утомляешься быстро, моя дорогая спортсменка, — говорил голос, похожий на мамин внутри меня.
— Мама, мне нравится твоё имя. Можно я иногда буду называть тебя по имени?
— Мне будет приятно… — ответила она.
⠀
Мистическое эхо её голоса заполняло мои внутренние комнаты.
— Римма, — произнесла я вслух. И ещё несколько раз чуть громче.
— Помнишь… — начинает она, а я уже плачу. Предвкушаю: сейчас что-то приятное случится. — В первом классе школы, почти в первый же месяц вы начали читать стихи. И ты услышала слово «рифма», — мама останавливается здесь и смеётся, как она умеет… как же нежно, как приятно. — И как закричишь на весь класс: «Мою маму зовут Римма!». Меня учительница в школу вызывала, жаловалась, что у меня дочка несдержанная.
— Помню, мам. Ты пришла тогда домой и сказала мне, что я творческая искорка. Что учительница рассказала тебе, как я вспыхиваю и ты очень попросила меня тихо-тихо на ушко эту искорку беречь, сиять всегда… Ты ещё добавила, что так тебе будет лучше меня видно.
— А учительница и те, кому не нравится, пусть не видят тебя яркую, — цитировала мама свои же слова. — Пусть они думают, что ты обычная. Им так легче. Но не становись обычной. Играй в обычную. Они люди… им тяжело.
— Людям тяжело, мам? — спросила я уже сейчас.
— Людям по-разному, Мартушка. Если думать, что тяжело, так и будет. А если искать, где легко и выбирать туда Путь… даже если тропинка очень узкая и огонёк совсем крохотный… творить свою реальность можно. Ты вот у меня творческая. Да?
— Да, мама-рифма, — улыбнулась я. — Если ты рифма, то я не Марта, а марка. А папа Артемий с кофейней, — мама внутри меня смеялась, забавлялась моей нелепой рифме. — Артемий сидел в кофейне, слагал стихи в не рифму, сбиваясь с ритма. «Ах, милая рифма, ты меня покинула, оставила… не написать мне в лад, забыл я все правила». Весь мой лист в кляксах-помарках, налеплю на каждую коллекционную марку.
⠀
Мама затихла. Сеанс окончен.
Я одна сидела в кресле у подоконника, сложив на него голые пятки.
Я напевала выдуманную песенку о рифмах и марках в кофейне. Я отдыхала.
И мой телефон начал мне подпевать, вибрируя на полу: «Глаза Океаны», — прочла я на мониторе.
⠀
— Марта, — услышала я в трубку.
— Юра, — тихо ответила я.
— Давай поговорим немного? — предложил голос.
— Давай. Я рада, что ты позвонил. Возможно, я должна была днём…
⠀
Катрин (и клочок моей новой книги)
#сомнойпишуткниги
2 минуты
Сегодня