Вера Ивановна не спала. В её возрасте сон приходит, когда сам захочет, а не когда ложишься. Она сидела за столом под жёлтой лампой и штопала наволочку — дырка была маленькая, три стежка, но руки просили дела. Игла шла ровно, привычно, без света ей и не нужного. В дверь постучали. Не позвонили — постучали, костяшками, тихо, будто боялись разбудить весь подъезд. Вера отложила иглу и посмотрела на часы. Без десяти одиннадцать. — Кто там? — спросила она, уже подходя. — Бабуль. Это я. Голос был Денискин, но какой-то не такой — сжатый, будто через силу. Она открыла. Внук стоял на пороге с рюкзаком через...