1073 подписчика
Выражение «глаз за глаз, зуб за зуб» из книги «Ваикра» (24:20) — одно из самых известных и одновременно превратно понимаемых изречений в истории. На протяжении столетий этот принцип часто интерпретировался внешним миром как проявление суровой и даже жестокой мести, требующей физического увечья в ответ на причинённый вред. Однако еврейская традиция и устный закон всегда однозначно утверждали: речь идёт исключительно о материальной, денежной компенсации.
Тора не требует буквального лишения глаза за выбитый глаз, и сама логика текста указывает на невыполнимость такого подхода. Если слепой человек лишит глаза зрячего, то как применить к нему принцип прямого возмездия? Если же человек выбьет кому-то единственный глаз, полностью ослепив жертву, то лишение обидчика одного глаза из двух не станет равным возмещением, а лишение обоих глаз будет превышением наказания.
Языковой анализ оригинала также подтверждает денежный характер возмещения. Ивритское слово «тахат» в выражении «аин тахат аин» во всех других контекстах переводится как «вместо». Буквальный смысловой перевод — «глаз вместо глаза». Тора требует возместить потерю, дать что-либо взамен. Поскольку вернуть утерянный орган невозможно, единственным эквивалентом выступает финансовая компенсация. Строкой выше (Ваикра 24:18) при повреждении чужого имущества используется то же слово «тахат» и прямо указывается: «заплатит за него».
Почему же Тора не написала прямо «деньги за глаз»? В Талмуде (трактат «Бава Кама») и комментариях мудрецов, в частности рава Йосефа Дова Соловейчика (автора книги «Бейт Алеви»), разъясняется: формулировка задаёт абсолютную меру справедливости. При оценке ущерба учитывается стоимость органа обидчика, а не только жертвы. Богатый человек не может просто «откупиться» незначительной суммой за увечье бедняка — он обязан заплатить стоимость собственного глаза, что делает наказание ощутимым и справедливым.
1 минута
17 августа