5427 подписчиков
Первый отзыв издателя о рукописи моего нового романа «ДОЛГОТА».
Вчера получил его от Даны Курской.
После года работы и множества вариантов, оставшихся в корзине, читать такие слова особенно важно.
Публикую отзыв с разрешения Даны, без сокращений и правок.
Роман выходит осенью.
#писательизмосквы
«Доброе утро, понедельника, Максим. И я к вам с новостями о том, что я дочитала „Долготу“. И очень вас благодарю за то, что я вообще с ней познакомилась. Это чтение романа у меня выпало на отпуск. И я себе сразу сказала: ну как бы, мало ли что там, вдруг не пойдёт именно в отпуске — не буду себя насиловать. Но я себя не насиловала, абсолютно честно вам говорю. Наоборот, где-то ближе к кульминации был момент, когда я поняла, что отпуск, Челябинск и всякие челябинские дела меня отвлекают от романа. Я хотела читать, но упустить последние часы в Челябинске тоже глупо, поэтому оставила роман и вернулась к нему по возвращении. Сейчас я уже в Москве, и вот дочитала сегодня ночью.
Хочу сказать сразу: мне кажется, синопсис хороший, классный, профессиональный, но он немного вводит в заблуждение — он меньше по чувству, чем сам роман. Роман не просто полифоническая картина, это масштабная, глобальная, многомерная и многомирная картина. Признаюсь, на автомате, в своём редакторском режиме, думала, что по атмосфере это будет напоминать „Маяки Сахалина“. Вообще нет. Понимаю, что жанры разные, но думала — travel там всё-таки есть. Нет, вообще нет. Это вещь планетарного масштаба.
Если я вам раньше говорила про „Маяки Сахалина“ — типа, давайте, у нас будут какие-то премии, — то тут я не просто говорю о премиях, мне кажется, они все будут. Правда. Я ничего более глобального до этого не читала, кроме книги, вышедшей у Шубиной в 2021 году, — „Смерти нет“ Татьяны Замировской. Говорю сейчас не о travel-составляющей, а о вопросах глобальности.
Мне дико импонирует, что у вас вообще нет ответов. И не надо. Это крутой ход, от которого я уже отвыкла и видела, в принципе, только у Замировской в романе. Может, этого сейчас и не хватает современной литературе — потому что в конце всё разжёвывают, автор как бы говорит читателю: „Мир страшный и непонятный, но я тебе дам ответы“, — а у вас их нет, потому что их и не может быть.
Также — как у вас в начале в технической информации сказано, что этот звук „РЫФ“ не переводится, не транскрибируется фонетически с бумаги — это очень круто, на самом деле.
Я очень благодарна за то, что прочла это. Просто в пояс вам кланяюсь за то, что соприкоснулась с этим, просто как читатель, честно. Вы меня знаете — я никогда не выказываю лишних восторгов, если их нет. Но здесь у меня ощущение, что мне дано наблюдать, как вы, как автор — Привезенцев — поднимаетесь по ступенькам как писатель на моих глазах: начиная с „Пит-стоп“, потом „Маяки“… А сколько между этим было? А сколько у вас поэтического отдельно было? Это разные вселенные — проза и поэзия. И это происходит на моих глазах, и я за это очень благодарна.
Я редко говорю авторам такие слова — стараюсь говорить только добрые слова, если это заслуженно, но глобальные слова говорю редко. Сейчас говорю искренне и заслуженно, чтобы вы не думали, что я подлащиваюсь в надежде на имбирный пряник с сиропом. Я просто памятью своих родителей говорю, что очень впечатлена. Спасибо».
Дана Курская
издательство «СТЕКЛОГРАФ»
2 минуты
Вчера