11 подписчиков
«Дети на пару не любят? Полюбят!» — муж забрал половину котлет из тарелок сыновей. А я просто смотрела и понимала: всё, конец.
— Юль, это что? Ты выкинула мамины помидоры?
— Дим, ну конечно. — Я вздохнула, опираясь о стол. — Они забродили. Мягкие совсем. Есть невозможно.
— Ничего страшного. Верхние выбросила бы, остальное помыть — и норм. Мы с мамой ели и из вздутых банок, живы-здоровы. Нельзя так с продуктами, Юль, они денег стоят!
Он прошел мимо, брезгливо морщась.
Я смотрела ему в спину и думала: когда-то это казалось мне милым. Помню, как он принес мне полевые цветы вместо роз. «На аттракционы лучше пойдем, — говорил. — Розы банально».
Теперь, спустя шесть лет брака и двойню, я поняла: на аттракционы мы ходили, потому что он жалел денег на билеты. А цветы... ну, с поля же бесплатно.
На кухне плескалась вода. Он мыл те самые помидоры.
Я подошла к плите. Разложила гречку, котлеты.
— Дим, что ты делаешь? — голос дрогнул.
Он стоял над тарелками пятилетних сыновей с ножом.
— Им половины хватит.
С серьезным видом он разрезал котлету в одной тарелке. Потом перешел ко второй. И просто... забрал кусок обратно на сковородку. Нож противно заскрипел по фарфору.
— Ты совсем уже? — Я сжала край стола. Костяшки побелели.
— Думаешь? — он даже не поднял глаз. — Мы такие же люди, как они. Это говядина, она дорогая. Что смотришь? Много жареного вредно. В следующий раз делай на пару. Масло экономнее.
— Дети на пару не любят.
— Полюбят. Это полезнее. — Отрезал он и ушел.
Я смотрела на эти обрезанные котлеты. Внутри всё сжалось в тугой, болезненный комок. Терпение, оказывается, не бесконечно.
В конце недели вернулась его мать, Раиса Петровна. На её фоне Дима казался эталоном щедрости.
— Юлечка, встречай, обновки привезла!
Протянула пакет. Я заглянула внутрь.
— Раиса Петровна, это вещи для девочки. А у нас мальчишки.
— Да какая разница, — отмахнулась она, доставая майку с розовым котенком. — Мальчишкам нравятся коты. Дети маленькие, им всё равно.
Вещи были потрёпанные. Пахли нафталином.
— Дим, — тихо сказала я, закрывая за ней дверь. — Когда мы уже съедим? Сил нет.
— Глупый вопрос. Когда накопим.
— Давай ипотеку!
— Ипотека — кабала. С мамой жить практичнее. Она готовит, убирает...
— Ты в своём уме?! — Я понизила голос, косясь на детскую. — Дети спят в одной комнате с твоей мамой! Мы даже уединиться не можем — замки на дверях нельзя, мама считает это «непрактичным».
— Успокойся и свет выключи. Счёт в конце месяца придет — обалдеем.
Я застонала и уткнулась в подушку. А на следующий день он запретил детям смотреть вечерние мультики. «Лишнее и дорого».
Это стало последней каплей.
Продолжение в следующем посте... Подписывайтесь, чтобы не пропустить развязку!
2 минуты
21 июня