10 подписчиков
ЧАСТЬ 2
«Отнимайте от тысячи семьсот рублей! Вы съели пять кусков лосося» — сказал я тёще, когда она пришла за «зарплатой».
Вечером Маша задержалась. Тёща сама встретила меня у двери.
— Мне некогда ждать, отдавай деньги сам, — скрестила она руки на груди.
— Какие деньги?
— Она должна мне тысячу. За то, что сижу с вашими детьми.
Я несколько секунд смотрел на неё. В ушах зазвенело.
— Вы берёте деньги с дочери за собственных внуков?! Вы серьёзно?
— Какие шутки. Труд должен быть оплачен!
Я молча взял её за локоть и потащил на кухню. Открыл холодильник.
— Сегодня хорошо подъели у нас. Садитесь — посчитаем.
— Что считать?!
— Раз вы берёте с дочери за работу, почему мы не должны брать с вас за еду? По-моему, честно. — Я положил перед ней чек и ручку. — Отнимайте от тысячи семьсот рублей.
— Почему семьсот?!
— Вы съели пять кусков лосося, полбанки сгущёнки, половину печенья и пакет сока. И это только за сегодня.
— Хам! — она скомкала чек и швырнула в меня. Бумага больно хлестнула по щеке. — Счёт он мне выставляет!
— А вы чем лучше? Как совесть позволяет?!
— Жлоб! — она замахнулась на меня рукой, осыпая бранью, и выскочила из квартиры. Хлопнула дверью так, что задребезжали стёкла в серванте.
Вечером мы с Машей сидели на кухне. Она плакала, признавалась во всём.
— Я посчитал, — тихо сказал я, — нам дешевле в садик детей отдать, чем твоей матери платить.
— Там чужие люди… боюсь, — шептала она, уткнувшись в полотенце.
— А в школу как отдавать? Репетитора нанимать, или твоя мама возьмётся преподавать? — усмехнулся я. Горько так. — Иногда лучше не связываться с родственниками.
Через неделю мы отдали детей в сад. Помощь тёщи больше не требовалась.
Впервые за долгое время в доме стало тихо. А холодильник перестал быть полем боя.
1 минута
20 июня