25 подписчиков
«Жмот! Вы берёте деньги с дочери за собственных внуков?!» — заорал я на тёщу. А она в ответ потребовала тысячу рублей прямо у меня.
— Чуть не сбил! — Светлана Аркадьевна замахала перед моим носом руками. — Я же Маше сказала, мне на маникюр пора! Стою тут как на старте.
Я протиснулся в дверь с пакетами. Руки уже ныли, пальцы побелели от тяжести.
— А дети где?
— В комнате, — она безразлично махнула рукой и выскользнула за дверь. Пахло от неё резкими духами и сигаретами.
Я влетел в детскую. Соня и Тимур барахтались в конструкторе. Целы. Порядок — ноль.
Пошёл на кухню. Открыл холодильник. И замер.
Банка чёрной икры. Та самая, которую коллега попросил придержать до юбилея его тёщи. Крышка снята. Внутри — ложка и половина банки.
Виновник очевиден.
Я набрал номер тёщи. Руки дрожали от злости.
— Зачем вы открыли икру?
— Что за жадность я слышу? — её ехидный смех прямо в ухо. — Половину съела, вам ещё на всю семью хватит!
— Во-первых, банка не моя. Во-вторых, нас четверо, а вы одна уплела почти всё.
— Жмот! — она бросила трубку.
Это был не первый раз. Месяц назад она умяла банку облепихового варенья от моей матери. Потом съела весь рыбный пирог, оставив только хвостик на противне.
Маша пыталась говорить. Мать вспыхивала: «Мне в киоск предлагают газеты продавать! Могла бы пойти, а вместо этого к вам хожу, а вы мне еды жалеете!»
Маша запаниковала. Где искать няню? Чужому человеку доверить страшно.
— Мам, давай я тебе буду платить пятьсот в день? — умоляла она.
— Тысячу — и я откажусь от киоска, — отрезала мать.
Маша согласилась. Мне не сказала. Стала реже её звать.
А после икры тёща «заболела». Давление, видите ли.
Но через пару дней она снова была на пороге. Гордо вскинула голову, даже не поздоровалась.
Продолжение в следующем посте... Подписывайтесь, чтобы не пропустить развязку!
1 минута
20 июня