11 подписчиков
«Освобождай квартиру! Детей у тебя всё равно нет, зачем тебе такая площадь?» — требовала бывшая свекровь. А я даже не подозревала, что мой бывший муж спустил два миллиона её денег...
Я увидела её в «Пятёрочке», между рядами с макаронами. Галина Петровна. Бывшая свекровь.
У меня внутри всё сжалось. Я резко отвернулась, делая вид, что внимательно выбираю гречку. Только бы не сейчас.
— Лерочка! — Голос как из ведра, на весь магазин. — Как поживаешь? Надеюсь, развод с Костей пережила нормально?
Я выдавила улыбку. Губы предательски дрожали.
— Всё хорошо. Как ваше здоровье?
— Пошло на поправку, как только внучка родилась, — она покровительственно похлопала меня по плечу. Пахло от неё мятными конфетами и чем-то старым. — Карина, новая невестка, месяц назад родила такую чудесную девочку.
— Поздравляю, — выдохнула я. На автомате. Хотя внутри всё похолодело.
Мы с Костей прожили шесть лет. Я думала — крепко. А он собрал вещи и заявил: «Ты родить не можешь, а мне нужен наследник. Квартиру делить не буду, тебе останется».
Благородство было показным. Ипотеку я платила сама. Без его особого участия.
Я сразу поняла: без матери тут не обошлось. Галина Петровна начала придираться ещё до развода. А когда я не смогла забеременеть, она использовала это безотказно.
— Умру я, так и не понянчив внуков, — причитала она при каждой встрече, хватаясь за сердце. — Мне шестьдесят лет, Костенька. Пожалей мать.
Костя кивал, обещал «решить вопрос». А через месяц предложил развод. Я не противилась. Бывших мужей не удерживают силой.
Полгода тишины. И вот, она объявилась снова.
— Хорошо, что встретила, — продолжила она, не замечая, что я уже пятюсь к кассе. — Поговорить хочу, Лер. Пора бы совесть проявить.
— В каком смысле? — я опешила. У нас больше ничего общего не было.
— У Кости дочка родилась. Они втроём в моей квартире живут. Я от писка устала, мне покой нужен на старости лет.
— Вы же сами внуков хотели, — усмехнулась я. В глубине души радуясь иронии судьбы.
— Не скалься! Освобождай квартиру!
— Какую? — я замерла. Корзина давила на руку.
— Двушку свою! Детей у тебя всё равно нет, зачем тебе такая площадь? Костя жил с тобой пять лет, имеет право!
— А мне жить не нужно? В коробке из-под холодильника, что ли? — Я сжала ручку корзины так, что побелели костяшки. — Ипотеку я платила, квартира моя.
— Это мы ещё посмотрим! Не по-хорошему — будет по-плохому! — пригрозила свекровь и удалилась, толкнув меня локтем.
Я стояла у кассы и смотрела ей вслед. Руки тряслись. Не от страха. От злости.
Продолжение в следующем посте... Подписывайтесь, чтобы не пропустить развязку!
2 минуты
20 июня