10 подписчиков
ЧАСТЬ 2
Мы съехали. Нашли однушку. Ремонт убитый, но свои обои клеить разрешили.
— Скоро поймёшь, сынок, что мать была права! — крикнула свекровь нам вслед. — Назад прибежишь, но учти — без неё не пущу!
Я тогда решила: в эту квартиру я не вернусь никогда. Даже если придётся уехать к родителям во Владивосток.
Костя быстро понял, что я зарабатываю достаточно, и... взвалил на себя домашние дела. Точнее, перестал искать работу вовсе.
— Зачем мне работа, если мы ни в чём не нуждаемся? Когда малыш родится, тебе сложнее будет, вот я и подстрахую, — говорил он, залипая в компьютерные игры.
На пятом месяце я начала сильно уставать.
— Костя, а если я не смогу столько работать? Может, тебе всё-таки найти что-то?
— Началось! Ты же сама решила ребёнка оставить! — огрызнулся он, не отрываясь от монитора.
Я молчала. Но мысль созрела. Я наняла юриста, составила договоры, разместила вакансию. К моменту рождения сына Артёма у меня в подчинении было уже три бухгалтера. Я стала руководителем.
Тамара Геннадьевна приехала познакомиться с внуком только один раз. Посмотрела на него сквозь зубы:
— На нашу породу совсем не похож!
И больше не появлялась. А мои родители прилетели с другого конца страны и прожили месяц, помогая мне.
Когда Артёму исполнилось три года, я накопила на свой дом. Небольшой, но свой. С двором и террасой.
Тамара Геннадьевна, против ожиданий, приехала на новоселье. Без подарка.
— На пенсии живу, на подарки денег нет, — заявила она, садясь за стол. Потом прошлась по дому, критикуя плитку в ванной, размер комнат.
— Нас всё устраивает, — осмелилась сказать я.
— Не сомневаюсь, — усмехнулась она. — Вкуса у тебя никогда не было.
Провожая мать к такси, Костя забыл шарфик. Я выбежала отдать. У калитки, в темноте, я замерла.
— Я же не работаю, сам у Юльки на шее сижу, — говорил Костя в трубку. — А она, видать, неплохо зарабатывает... Пусть делится. Тысяч двадцать в месяц для неё не деньги, а тебе подмога.
— Не поговори — убеди! Если б не я, не было бы у тебя ни её, ни сына! — шипела свекровь.
Я незаметно ушла в дом.
На следующий день Костя начал издалека:
— Юль, мать на пенсии едва концы с концами сводит. Может, переводить ей по двадцать тысяч в месяц?
— Хотя бы? — я не сдержалась. — А может, тебе работу найти и всю зарплату ей отдавать?
— Деньги тебя испортили, — буркнул он.
Через пару дней пришло уведомление о задолженности за развивающий центр для Артёма.
— Ты забыл оплатить? — спросила я прямо, глядя ему в глаза.
— Я… мама попросила денег на лекарства, ей нездоровилось, я перевёл.
— Ты украл у меня деньги ради своей матери?
— Выбирай слова!
— А что это, если не воровство? Ещё раз так сделаешь — подаю на развод.
Повторилось через неделю. Я не стала кричать. Я просто подала на развод и поставила Костю перед фактом.
В коридоре суда я увидела Костю с матерью. Они сделали вид, что не заметили меня.
— Дом в браке куплен — требуй половину! — наставляла Тамара Геннадьевна сына. — Машину тоже дели!
Но выяснилось: дом был оформлен на имя моей матери по нотариальной доверенности. Я подстраховалась задолго до развода. Машину делить я не стала вовсе — оставила бывшему. Только в кредит она была оформлена на меня же. Пусть платит сам.
Костя вышел из зала суда с поникшей головой.
— Ну что, поделили дом? — подскочила мать с вопросами.
Костя молча, не отвечая, ускорил шаг к выходу.
Я решила продать всё в этом городе и вернуться домой, во Владивосток. Я знала теперь, как строить дело с нуля. Рядом будут родители, которые любят меня и сына по-настоящему. Без условий и расчётов.
2 минуты
20 июня