171,2 тыс подписчиков
Оксана поняла, что ее тщательно расписанный план родов в областном перинатальном центре летит к чертям собачьим.
Тридцать седьмая неделя. За окном выла метель, сугробы поднялись вровень с забором, провода оборваны, дорога — одно белое месиво. А она, дура беременная, не послушала Серёжу.
Уперлась: хочу в деревню к маме с бабушкой — и точка. Необъяснимо потянуло её, да такая истерика случилась, что мужу пришлось закинуть сумки в багажник и повезти свою беременную принцессу за двести вёрст от города. Теперь сидел бледный, кусал губы и повторял в трубку бесполезное «алло, алло, скорая? алло!»
Мать, Елена Васильевна, вместо того чтоб метаться по дому, заламывая руки, побежала за бабой Раей. Оксана хотела возразить — какая баба Рая, на дворе двадцать первый век, — но очередная схватка скрутила тело так, что из горла вырвался только сдавленный стон.
Баба Рая явилась уже через десять минут. Маленькая, круглая, с руками-лопатками. Та самая, что тридцать лет назад приняла на эти же руки саму Оксану. «Ну здравствуй, красавица, — пропела она, скидывая платок. — Что ж ты, егоза, поторопилась? Не терпится мамку повидать? Ничего, ничего, вдвоём справимся. Верно, Лена?»
Мать только кивнула, закусив губу.
Дальнейшее Оксана помнила урывками. Тусклый свет керосиновой лампы — электричество отрубилось ещё в полночь. Ритмичный, убаюкивающий голос бабы Раи, которая командовала процессом, как капитан кораблём в шторм. Бледное лицо Серёжи в дверном проёме — он никак не мог решиться ни выйти, ни остаться. И боль. Волнами, спазмами, разрывающая тело на части.
А потом — странное чувство. Будто в комнате стало светлее, хотя лампа горела тускло и ровно. Будто кто-то невидимый положил тёплую сухую ладонь ей на лоб.
— Бабушка? — прошелестела Оксана пересохшими губами, но ответа не было...
***
Друзья, предлагаю вам познакомиться с интересным, самобытным, еще молодым каналом - "Брунькины рассказы". Перед вами один из рассказов - "Метель..."
1 минута
18 июня
1858 читали