🛠️ Техзадание на бытие: Иррациональный материализм

Разум возник не для познания мира.

Это первый из тезисов, который придётся усвоить, чтобы понять, в каком смысле развиваемая позиция называется иррациональным материализмом. Не оттого она иррациональна, что отвергает разум или сомневается в его достижениях. Оттого, что разум в ней есть позднее и частное состояние материи, сложившееся по своим условиям и несущее их след во всём, к чему обращается.

Если допустить — а это предыдущий пост уже показал, — что сознание есть материя в состоянии складки, обращённой на себя, тогда нужно спросить: ради чего эта складка возникла. Не для созерцания звёздного неба, не для постижения первопричин, не для понимания бытия. Складка возникла под давлением совместного существования, потому что существо, рождающееся в долгой беспомощности, удерживается не само собой, а через отношение других к нему. Чтобы удержаться, оно вынуждено удерживать модель того, как оно выглядит для других, как другие к нему обращены, как с ним обходятся.

Складка возникла как орудие удержания себя среди подобных.

Затем это орудие обратилось на мир.

И вот тут начинается то, что превращает обычный материализм в иррациональный. Орудие, сложившееся под одну задачу, неизбежно несёт в себе строй, выработанный под эту задачу. Молоток, обращённый на воду, не разбивает воду, а лишь смачивается. Не оттого, что молоток плох, а оттого, что он сложился не для воды. Складка, обращённая на материю, не схватывает материю как материю, а удерживает её строем, выработанным не для материи. И принимает этот строй за устройство материи.

Это и есть несоразмерность познания предмету. Не случайная погрешность, устранимая тщательностью. Структурная черта, наследуемая познанием от происхождения. Разум описывает мир способом, сложившимся для удержания положения среди других, и принимает результат этого описания за устройство мира.

Отсюда не следует, что познание невозможно. Из несоразмерности орудия предмету не следует недоступности предмета. Следует лишь то, что доступное несёт на себе след орудия и полного совпадения с материей не достигает. Материя познаваема, но познаваема средством, сложившимся для иного, и оттого познание движется к ней, не сливаясь с нею. Честность познания состоит в признании этого устройства, не в допущении, будто устройства нет.

Здесь возникает традиционное возражение. Если разум описывает мир строем, не выработанным для мира, как объяснить, что наука работает, что технологии срабатывают, что предсказания сбываются? Ответ прост и неприятен. Они работают в той мере, в какой устройство мира случайно совпало с устройством орудия, обращённого на этот мир. Совпадение есть, но оно не покрывает мира целиком, и в местах несовпадения наука производит загадки, не имеющие решения внутри её собственных категорий. Квантовая механика, проблема сознания, гилетический остаток в феноменологии — все они суть места, где орудие упирается в материю, не выработанную под него.

Самое острое из этих мест — феноменология, как наиболее последовательная форма обращения познания на себя. Гуссерль довёл анализ сознания до предела, до неразложимого чувственного остатка, который сознание обнаруживает в себе, но не присваивает как своё произведение. Это и есть точка, в которой складка упирается в материю, из которой сложена, и обнаруживает, что описать предшествующее складке изнутри складки нельзя. Описывающее само есть материя в состоянии складки, соотносящаяся с собой, а не с тем, из чего сложена.

Иррациональный материализм не отказывается от разума. Он отказывается от притязания разума быть мерой бытия. Разум есть событие внутри бытия, а не его судья. Возникнув по своим условиям, он несёт их след во всём, к чему обращается, и эта несоразмерность непреодолима, потому что коренится не в применении разума, а в его происхождении.

🛠️ Техзадание на бытие: Иррациональный материализм Разум возник не для познания мира.

3 минуты

7 июня