1857 подписчиков
Удобный обвиняемый. Часть 3: «Коэффициент морального сопротивления»
Наконец это дело попало в руки следователю, которого начальство поставило разгребать собственные косяки. Я сторонник занимать по уголовным делам активную позицию там, где это возможно, поэтому мы сразу предоставили следствию всю доказательственную базу, которую нам удалось собрать к этому моменту: показания коллег и других свидетелей о том, что все участники сделки — обычные обменники, а также заключение специалиста по криптовалюте, который пояснил очевидное: USDT на криптокошелёк потерпевшей зачислены в полном объёме и до сих пор там находятся. Дополнительно, со своей стороны, в помощь следствию в день обыска мы «разметили» криптовалюту на кошельке потерпевшей как мошенническую, чтобы осложнить жуликам работу с добычей.
Следователю я сразу обозначил самый сложный вопрос, на который ей придётся ответить:
«Если курьеры криптообменников участвовали в мошеннической схеме, то почему они просто не забрали у потерпевшей деньги, растворившись в толпе, а стали гонять криптовалюту по счетам, в том числе зачислять USDT на её кошелёк?»
Также в версию следствия не укладывались открытые действия курьеров под камерами в Москва-Сити и заключение первым курьером бумажного договора купли-продажи криптовалюты с потерпевшей — под его собственными паспортными данными.
Нелирическое отступление.
Ездить в СИЗО, в принципе, аттракцион на любителя, но в данном случае всё осложнялось тем, что мне приходилось ездить туда к очевидно невиновному парню. Морально видеть невиновного человека в клетке и в наручниках лично для меня крайне неприятное зрелище. Признаюсь, что на первое посещение к своему подзащитному я ехал с ожиданием тяжёлого разговора и готовностью поработать в этот день психологом.
К моему удивлению Вадим, 24-летний отличник второго курса магистратуры Высшей школы экономики, вёл себя очень спокойно и совершенно не паниковал. Его крепость духа меня просто поразила. Позже на мой вопрос, как ему удавалось сохранять спокойствие, он ответил:
«Я знал, что невиновен, а значит, сомнений в правильности моих решений у меня не было. Когда за мной закрылась дверь камеры ИВС, я подумал, что такие испытания обычно не делают людей лучше, а я стану исключением. Давно хотел начать читать книги, а не смотреть в смартфон, и заняться спортом. Книг у меня не было, поэтому я переоделся и начал отжиматься. Всё время, что был в СИЗО, я чувствовал поддержку коллег, друзей и семьи, видел вашу работу, поэтому был уверен, что в конечном итоге всё будет хорошо».
Я ещё тогда подумал: «Пусть мне ещё кто-нибудь попробует сказать что-то плохое про зумеров…».
Мне так не хотелось ездить в СИЗО, что каким-то чудом нам удалось поменять Вадику меру пресечения на домашний арест уже при первом продлении через два месяца — несмотря на то, что эта же судья продлила СИЗО его предполагаемому подельнику за день до этого. Об этом я писал ранее, но самое интересное началось, когда мы подошли к концу 2025 года и для следствия стало абсолютно очевидно отсутствие в деле хотя бы каких-то доказательств виновности этих двух парней.
Продолжение следует…
2 минуты
31 мая