764 подписчика
Был один из тех батумских дней, когда сырость просачивается не только в одежду — она проникает в промежутки между мыслями. Ветер гонял по парку мокрые листья. Дела не делались, договорённости срывалась, надежды таяли. Я присела на скамью — переждать себя, перевести дух.
Села и даже не заметила, как рядом на скамье пристроилась собака.
Большая, тёплая, с достоинством существа, давно примирившегося с собственными габаритами. Без предисловий, без заискивающего взгляда снизу вверх — взобралась, водрузила свой объёмистый зад практически мне на колени, привалилась спиной к плечу и устремила взгляд вдаль.
Она ничего не просила. Не заглядывала в глаза с тревожной настойчивостью бродячей собаки. Просто сидела — тяжёлая, тёплая, совершенно невозмутимая — и разрешала себя гладить.
Потом пошёл дождь. Я поднялась искать крышу. Собака тоже встала и пошла в другую сторону — не оглянувшись, смешно переваливаясь упитанным задом.
А через несколько минут я увидела её портрет на стене здания.
Это была Купата.
Та самая батумская собака, которая годами переводила детей через дорогу. С большим телом и добрыми глазами. Та, которую весь город кормил купатами с такой щедростью, что она постепенно приобрела форму этого мясного деликатеса. Собака с персональной будкой, за здоровьем которой следила вся Грузия, с заботой прохожих, с портретом на стене.
Мне потом сказали, что Купата умер. (Купата-мальчик)
Я не стала спорить. Но и согласиться не смогла.
Есть существа, чьё присутствие в мире не вполне исчерпывается биографией. Купата всю жизнь делала одно и то же: сопровождала тех, кому нужно было перейти на другую сторону. Детей — через опасный перекрёсток. Может быть, взрослых — через что-то менее очевидное, но не менее трудное.
В тот день она просто села рядом — с той спокойной основательностью, которой так не хватает в минуты, когда всё рассыпается.
И этого оказалось достаточно.
Не для того чтобы всё наладилось. А для того чтобы встать и пойти под дождём — туда, куда нужно идти.
1 минута
13 мая