От князя Фёдора Сергеевича Барятинского (1742—1814) – участника связанных с Петром III событий в Ропше, придворного Екатерины II, видимо, практически не осталось достоверных изображений. Есть силуэт 1782 г. (Картинка 1). А еще есть портрет жены Ф.С. Барятинского Марии Васильевны, урожденной Хованской (Картинка 2), на котором она держит в руках миниатюрный портрет (или табакерку с портретом на крышке) супруга (Картинка 3). Интересно, что на этом «портрете в портрете» Ф.С. Барятинский (если атрибуция женского портрета как изображения именно его супруги справедлива) представлен в генеральском мундире – то ли генерал-майора, то ли генерал-поручика, там сложно разобрать, сколько у него гирлянд  из дубовых листьев по борту – одна или полторы. Между тем Википедия сообщает, что послужив гвардейским офицером, Барятинский «в день коронации императрицы был пожалован в камер-юнкеры… Вся его дальнейшая деятельность связана с императорским двором. В 1768 году был произведен в действительные камергеры, в 1775 году, при заключении мира с Портою, награждён чином тайного советника и в 1778 году пожалован в гофмаршалы». Получается, что либо Ф.С. Барятинский все же параллельно числился на военной службе, либо носил военной мундир на основании своей былой службы в Преображенском полку, но при этом отражал на нем знаки различия тех чинов, которые получал на статской службе.