2919 подписчиков
Переехала к себе в Мытищи, устраиваюсь, но не забываю прислушиваться к себе, чтобы не укоренить в бессознательном всякие нехорошие тенденции, которые могут в будущем создать массу трудностей и бессмысленных расстройств. За этим надо следить, и нельзя пускать на самотек. Иначе прорастет не то.
Например, я совсем не ожидала от себя вот чего. В Мытищах мне стало на порядок труднее помнить о том, что Бурцев умер, я начала его отчаянно ждать.
Он же не жил здесь, он приезжал в гости. Часто, пару раз в неделю. Существовал практически на два дома в течение шести лет. Я не могла к нему ездить, пока был жив его отец, не любивший посторонних женщин в доме. За шесть лет я там была раза три-четыре, когда старик попадал в больницу, приезжала, и первое, что говорила, приехав, мол, Бурцев, ну ты и гончий лось, это ж надо - таскаться к бабе на такое расстояние, из Чертаново в Мытищи, через всю Москву, да я б плюнула и нашла бы бабу поближе уже бы через месяц. Ты титан духа! Бурцев только похохатывал в ответ.
Вот. Я приехала сюда, и уже через час вся подсознанка завопила: а где Бурцев? Почему он не звонит, не приезжает? Что за нафиг? Когда он так нужен.
Я цепляюсь глазами за корешки книг. Мы по полночи иногда с ним валялись в полумраке, болтали, хохотали, и я, слушая Бурцева, все время смотрела вверх, ища Бога, встречая Его улыбку, и упиралась взглядом в книжки под потолком.
Они до сих пор так там и стоят, эти книжки, в том же порядке, нет уже нашего дивана, наших подушек и одеял, нашего постельного белья с сакурой, да что там, уже и самого Бурцева нет.
Есть только Бог и корешки книг под потолком, с которых он на нас смотрел. И улыбался нам, наперед зная все, что будет с нами.
1 минута
12 февраля
879 читали