240 подписчиков
Ленин не признал бы нынешнюю власть на Кубе — Марко Рубио
Госсекретарь США Марко Рубио выступил в Сенате с резкой критикой политического устройства Кубы, заявив, что нынешняя система на острове не имеет ничего общего с настоящим марксизмом. По мнению дипломата, сложившаяся модель управления настолько искажена, что даже Владимир Ленин не смог бы признать в ней идеи коммунизма. Рубио подчеркнул, что идеологические ярлыки Гаваны лишь прикрывают неэффективность государственного аппарата.
———————————————————
Комментарий сообщества:
Вот, товарищи, до чего доходит историческая необходимость: даже представители буржуазного лагеря вынуждены нащупывать истину — пусть и с противоположных, враждебных позиций. Когда буржуазный политик заявляет, что на Кубе «нет марксизма» и что сам Владимир Ленин не признал бы сложившуюся там систему, — он, сам того не желая, фиксирует реальный кризис ревизионистской модели.
Разумеется, буржуазия делает это не из любви к марксизму. Она атакует Кубу, защищая интересы капитала. Но в самой форме этой атаки неожиданно проявляется истина: кубинская модель давно утратила те ключевые признаки, которые Ленин считал принципиальными для социалистического строительства.
Для Ленина социализм — это не вывеска, не символы и не ссылка на прошлые заслуги революции. Это прежде всего:
диктатура пролетариата, а не государства вообще; активная роль рабочего класса в управлении производством и властью, а не его отстранение; плановое развитие производительных сил, подчинённое интересам большинства; непримиримая борьба с бюрократическим перерождением.
Ленин подчёркивал: государство при социализме не должно окаменеть и оторваться от масс. Напротив — оно обязано отмирать по мере роста сознательной самоорганизации трудящихся. Там же, где аппарат управления превращается в самостоятельную силу, стоящую над обществом, начинается отход от социализма, независимо от того, какие лозунги при этом используются.
Именно здесь мы подходим к главному. То, что сегодня принято называть «кубинским социализмом», всё в большей степени демонстрирует черты государственного капитализма: наёмный труд сохраняется как система; рабочий класс отчуждён от реального управления; хозяйственные решения принимаются узкой управленческой верхушкой; рынок и денежные стимулы расширяются, прикрываясь «вынужденными мерами».
Это классический путь ревизионизма: от социалистической формы к капиталистическому содержанию. Ленин предупреждал об этом ещё в годы НЭПа, подчёркивая, что допущение рыночных элементов допустимо лишь при строгом контроле пролетарской власти и ясном понимании временного характера таких мер. Когда же временное становится постоянным, а рабочий класс статистом, речь идёт уже не о тактике, а о перерождении.
И вот здесь возникает ирония истории. Буржуазный критик Кубы, желая доказать «провал марксизма», фактически признаёт обратное: проблема не в марксизме, а в его утрате. Он инстинктивно чувствует, что настоящий ленинизм — это не удобный противник, а смертельная угроза капиталу. Поэтому он и спешит отделить плохую реальность от опасной теории.
Но для нас, товарищи, вывод иной.
Если даже враг вынужден признать, что перед ним не социализм, значит, задача марксистов не в защите вывесок и режимов, а в восстановлении ленинского понимания власти трудящихся. Не оправдывать деградацию ссылками на блокаду и внешнее давление (хотя они реальны), а трезво анализировать внутренние классовые процессы.
История снова подтверждает ленинский тезис: без диктатуры пролетариата — нет социализма, а без борьбы с ревизионизмом — нет диктатуры пролетариата.
2 минуты
3 дня назад