1059 подписчиков
В традиционном еврейском мировоззрении время — не просто нейтральный фон событий, а ключ к пониманию творения, человека и смысла жизни. Уже первое слово Торы — «Берешит» — указывает не только на начало мира, но и на начало времени как измерения бытия. «В начале» означает не просто хронологическую точку, а принцип, присутствующий в каждом моменте существования: мир непрерывно возникает из небытия.
Примечательно, что само слово «время» — зман — впервые появляется лишь в книге «Коэлет»: «Для всего есть время и срок для каждой вещи под небесами». До этого Танах оперирует днями, годами и сроками (эт), но не самим понятием времени. Это подчеркивает: речь идет не о календаре, а о глубинном переживании настоящего, в котором прошлое и будущее обретают смысл.
Коэлет раскрывает парадокс времени: с одной стороны, «нет ничего нового под солнцем», с другой — каждый миг уникален и не повторим. Мудрецы объясняют это через различие между тем, что «под небесами», и тем, что «с небес». Под солнцем царит повторяемость и круговорот, но подлинная новизна рождается в каждом «теперь», когда небесное касается земного.
Виленский Гаон связывает три измерения времени с тремя уровнями души: прошлое — с высшей душой, памятью и корнем; настоящее — с духом, живым «я»; будущее — с душой, устремленной к росту и действию. При этом именно настоящее является сердцем времени и жизни. Прошлое учит, будущее манит, но свобода и ответственность возможны только сейчас.
Так время перестает быть врагом человека. Напротив, оно становится его союзником: пространством, в котором душа может раскрыться, а человек — осуществить свое предназначение. В этом смысле время — не то, что уходит, а то, что дается.
1 минута
1 февраля