13 подписчиков
По другую сторону ЛаМанша французский инженер Филипп Лебон в 1799 году запатентовал установку для получения светильного газа путем сухой перегонки дерева, названную им термолампом (в переводе - «теплосветом»). Однако новое изобретение грозило разорением предпринимателям, занимавшимся уличным освещением. Они развернули травлю ученого, закончившуюся только в 1804 году после его таинственной смерти.
Русский инженер Петр Соболевский заимствовал название своего аппарата – «термоламп» – у Лебона, но конструкцию создал оригинальную. Описание изобретения, а также план установки газовых фонарей на НовоАдмиралтейском бульваре он опубликовал в журнале «Санкт-Петербургский вестник». Этот технический материал резко выделялся среди сентиментальных стихов, хвалебных од, исторических исследований и переводных басен. Но в целом расчет был правильный, поскольку журнал клали на стол Александру I. Царь, даже если ничего и не понял в статье Соболевского, обратил на нее внимание. Конструктор получил орден Святого Владимира 4-й степени, а также 5 тысяч рублей на воплощение в жизнь своего проекта. Наполеоновское вторжение лишь ненадолго задержало работы, и уже в мае 1813 года Петр Григорьевич доложил о готовности. Построенный им термоламп был смонтирован в здании губернских присутственных мест (возле Сената) и вырабатывал газ, который подавался по трубам к 50 фонарям, установленным вдоль одной из сторон огибавшего Адмиралтейство бульвара. По другой стороне бульвара горели 50 масляных фонарей, что должно было давать наглядное представление о том, какой именно из способов освещения является более прогрессивным. Однако особой наглядности не получилось.
За период с 23 мая 1813 года по 20 февраля 1814 года было проведено 14 опытов, по ходу которых газовые фонари зажигались на время от 1,5 до 2 часов. И ни один из этих опытов не был признан «чистым», поскольку все 50 газовых и 50 масляных фонарей никогда не горели без перерыва. К тому же состав, соответственно, почти в 4 и более чем в 100 раз (!) меньше показателей, обещанных заказчику.
Руководство Монетного двора потребовало вернуть деньги, на что Соболевский ответил отказом – мол, я обещал построить печь и построил. А насчет параметров точного договора не было.
В конце концов, так и не представив отчет по отпущенной ему субсидии, изобретатель устроился к известному предпринимателю князю Всеволоду Всеволожскому и укатил на берега Камы, строить два первых в России парохода. Поработав потом на уральских казенных заводах, Соболевский вернулся в Санкт-Петербург и устроился в Горный институт. Газовыми проектами он больше не занимался.
2 минуты
3 дня назад