Любое совместное добро разбавлено ядом коллективного самолюбования. Люди обычно помогают не для того, чтобы спасти другого, а чтобы спасти образ себя в глазах стаи. И стоит стае повернуться в другую сторону — это самое «добро» без малейшей дрожи в голосе и тени сомнения в душе превратится в точно такое же, слаженное и одобряемое всеми, зло.