3233 подписчика
Спустя десятилетия, за шесть часов до смерти профессор стоял с дочерью перед зданием воскресной школы. Взгляд его, привыкший к звёздным картам и кристаллическим решёткам метагалактик, остановился на сияющей позолоте куполов.
"Пап, а чему там учат?" – она потянула его за рукав. Его учёный ум, безупречный механизм, вдруг оказался перед загадкой, неподвластной формулам.
Он вспомнил себя – как собирал мир из цифр, но счастье, тёплое и позлащённое, всё это время пряталось за солнечным светом, недоступное его расчётам.
"Представь, Настенька, мальчика. Он знал, как рождаются звёзды, но не видел, как иней рисует на стекле лик Бога. Но тебе ещё рано", – сказал он дочери, сам понимая, что поздно было ему. Шесть часов – это лишь миг между ударом молота и хрупкой трещиной в хрустале. И в этот миг его настигло прозрение: истинная мудрость таилась в том золочёном шёпоте, что рассказывал детям истории в этом скромном деревянном здании.
"Жил как Терминатор, – вырвалось у него. – Если бы его судьба сложилась иначе… Он бы уже всё понял". Только сейчас, на пороге вечности, он почувствовал в глубине души ту искорку истины, которую так и не смог разглядеть в начале пути.
Около минуты
11 января