12 подписчиков
Музыка – из старенького магнитофона, батарейки сели, но ему всё нипочём. Играет что-то про «калина-малина». Стол пуст, кроме штофа с солнечным самогоном и тарелки с последним, сакральным ломтиком сала.
Мы с Ириной Анатольевной – в центре двора. Она – в цветном халате и тапочках, я – в кроссовках на шнурках, которые вот-вот развяжутся.
Наши руки. Это отдельная история.
В правой у каждого– по стопке. Мера ритма. При припеве взлетает вверх, и самогон, поймав луну, вспыхивает звездой.
В левой– по куску сала на чёрном хлебе. Наш бубен и главный перекус. Мы отплясываем «цыганочку», а сало в такт плывёт по воздуху, размазывая жирный след счастья по пальцам.
Мы не танцуем. Мы парим. Я пытаюсь закрутить её в вальсе, а она меня – в каком-то станичном присяду, от которого трещат колени. Мы смеёмся. В глазах – отблески самогона, в душе – тихая, вселенская уверенность, что мы сейчас отпляшем этот танец лучше всех на свете.
А вокруг хлопают, подвывают, Серёжа бьёт в ложки. И кажется, что так и надо: с салом в левой руке, с искрой в правой и с подругой, которая умеет пилить дрова и крутить в воздухе халат, как цыганскую юбку.
Музыка кончается. Мы стоим, обнявшись, дышим паром на холодном воздухе и одновременно откусываем от своего хлеба с салом. Оно – самое вкусное за все три дня. Потому что добыто в танце. И запито звёздами.
1 минута
22 декабря 2025