Найти в Дзене

Я не могу проснуться, хотя уже за полдень. Я хожу по дому, что-то делаю, что-то ем, пью. Мне кажется, что я в чьём-то сне брожу по мягкому полу в доме с облачными стенами. Воздух здесь влажный. Мои веки под его тяжестью опускаются, скрывая от меня свет.

Я слышу, как приходят сообщения одно за другим. Я не хочу отвечать. Я не…
Звонок.
Телефон звонит.
Ещё звонок. В дверь звонят. Глазка нет, не думала, что он мне понадобится. Я беру вибрирующий телефон, вижу на нём короткое имя, упекаю «помеху» под диванную подушку: «Полежи пока». Я ползу к двери, я открываю дверь.
— Марк…
Он отнимает руку с телефоном от уха.
— Я понимаю тебя, — начал он. Затем влетел на мой порог и поцеловал меня. Быстро, плотно, но осторожно. Зыркнул в мои глаза, чуть отпрянул, приготовился защититься от атаки…
— Какой там, — говорю, — нет у меня сил тебя колотить за дерзость. Все ушли на мысли о тебе. Не ем, не сплю. Молодец, что зашёл. Не даёшь мне шанса сбежать.
— Я хочу… — начал он.
— А я не хочу, — ответила я с лёту. — Не хочу делить тебя с Таней. Не хочу ждать и не дожидаться твоих сообщений. Не хочу новых отношений: эйфории в начале, первых скандалов, первых компромиссов… первого одиночества в слезах.
И тут я разревелась конкретно. А он прошёл в прихожую и сел на обувную тумбочку. Куртку, шапку он не снял. Сел и всё.
— Я понимаю тебя, — сказал он.
Я на терапии. У меня, как и у многих, гора травм и армия страхов, комплексов. У меня свои принципы, которые не стоят ничего, потому что не я их создала, но мне их навязали. Я не позволяю себе делать то, что хочу и заставляю себя соответствовать ожиданиям, играя роль хорошей девочки.
Марк сидел в прихожей молча. Я роняла слёзы.
Моя Тень перестала бродить вокруг да около, обняла меня за плечи: «Я здесь», — и я съехала по стене под тяжестью её рук. Я закрыла глаза и, кажется, отключилась. Кричать не хотелось — Тень не будила ярость. Она держала мои руки, поглаживала их, грела: «Ты не хорошая и не плохая. Ты разная. И я прошу тебя, дать мне жить», — «А я не даю?», — «Нет. Прячешь, затыкаешь. Травмируешь», — «Я не хотела», — «Я знаю. Позволь мне выйти и быть. Я есть. Я хочу быть с тобой».
Я слушала голос и теряла очертания. Я теряла ощущения себя. Я менялась. Я будто бы парила, а потом оказалась на чём-то мягком, приятном, тёплом. И что-то живое обнимало меня, обнимало, обнимало.
— Ты нужна мне вся, — услышала я. — Потому что совсем недавно я понял, что сам себе нужен весь…
— Моя терапевт говорит, что это для меня важно: быть нужной себе самой, — мои губы еле двигались. Я поняла, что касаюсь ими его уха, так близко он был.
— А ты вся — это и хорошая, и плохая…
— Я плохая. Я увела тебя у Тани.
— Интересно мне, как ты это сделала? — спросил Марк.
— Я не знаю.
Я закрыла глаза и отдала свои ладони, плечи и освободившиеся от заколок длинные волосы в его руки.
Катрин

P.S. и это был ещё один день мастерской «Красивый текст»
Ближайшая в январе: https://t.me/the_magic_of_the_syllable

Платье: Ира Зайка
Фото: Евгеника Перфильева
Я не могу проснуться, хотя уже за полдень. Я хожу по дому, что-то делаю, что-то ем, пью. Мне кажется, что я в чьём-то сне брожу по мягкому полу в доме с облачными стенами. Воздух здесь влажный.
2 минуты