Манук брезгливо посмотрел на стоящий на столе куст в глиняном горшке. Это что это Бэт ставит фиалки в каждой гостевой комнате гадость какая! - рыкнул Манук. - Даже цветы и то умудрились посадить в неволю. А Бэт считает, что красиво в помещении, вроде как живые цветы. Манук дернул окно, выходящее в застывший в ночи сад. В комнату ворвался холодный ночной воздух. Ночью, когда все лягут спать, он отсюда сбежит, и никакие заборы не удержат его на пути к заветной свободе. Тучка оставила волка устраиваться, а сама же вернулась к Бэт. Та молча прохаживалась по гостиной и только узнала у Тучки, что волк в своей комнате, отослала ее Бэт. О многом надо было подумать. Правильно ли она поступает, что взяла зверя в свой дом.. Он же совсем ее не слышит. С тех пор, как не стало Гэндрика, ей все тяжелее содержать этот дом, который и вовсе не ее. Это родовое поместье ее мужа. Здесь целый век рождались и жили целые поколения. и вот род прервался. У нее с Гэндриком так и не вышло щенков, а больше прямых потомков у него не было. Говорят, что еще Должна быть сестра. Но ее след утерян. И все это поместье упало на плечи Бэт. И она должна ради памяти мужа сохранить этот дом. Может найдется еще наследник, кто примет усадьбу и будет его приумножать. А ей вот это все было не нужно, не о том она мечтала. Ее, как и положено, выдали замуж в шестнадцать лет, и долгие двадцать лет она была рядом с мужем, была ему правой рукой. Он учил ее ездить верхом, показывал, как управлять усадьбой. Для нее он и начал привозить всяких птиц и яйца. Она всех выхаживала, но что бы открыть свой заповедник и помогать волкам, об этом Гэндрик и слышать не хотел. Он сам охотился на волков, дома были их шкуры, только для Бэт он и сделало послабления, перестал привозить их домой. А она так хотела открыть свой клочок, что бы там жили ручные волки и был простор для птиц. А в условиях усадьбы, в густо населенном городе, об этом и речи быть не могло. А еще злые собаки всячески желают ей навредить.