34 подписчика
За неимением возможности часто путешествовать, время от времени обращаюсь мыслями к своим прошлым загранпоездкам, включая самую первую – в Австрию. По сравнению с последующими вояжами, она была самой спонтанной и неорганизованной. Многие внутренние вопросы решались уже на месте, наугад, а готовность бегло говорить на немецком языке оставляла желать лучшего. У меня была только виза, билет обратно, забукированный отель в Вене, уже не помню в каком районе, и немного накопленных денег в австрийских шиллингах и пфеннигах.
Первые несколько дней я бесцельно болтался по городу, где-то бывал, но даже не помню, видел ли я в ту поездку Собор Святого Стефана, Щёнбрунн, Хофбург или Венскую оперу с улицами Кольмаркт и Грабен. Засахаренные фиалки в распиаренной придворной кондитерской Demel в тот раз точно не пробовал. Ведь цель была в другом – поехать на другой конец страны, на знаменитый тирольский горнолыжный курорт Ишгль, неожиданно навестить знакомых охотников, которых сопровождал в качестве переводчика во время очередного кровавого турне по Магаданской области. О своём визите я им даже не сообщил. Ну, то есть, они, уезжая из Магадана, из вежливости пригласили меня к себе, как только я откинусь из института. Вряд ли они думали, глядя на колымскую разруху, что такое возможно в обозримом будущем. Я, в свою очередь, об этом не думал и просто поехал, почти письмецом в конверте. Однозначно, англосаксам лучше о таком сообщать заранее, чтобы у них не случился стресс, детская неожиданность и прочие расстройства. Могут на порог даже не пустить. К счастью, мои знакомые оказались людьми закалёнными, выросшими в заснеженных горах и гостеприимными. Их моё фееричное появление вообще не смутило, они быстро организовались, и я отлично провёл там время. Но я сейчас не об этом.
Что хочу сказать – первый визит в Вену почти ничем особенным не запомнился, какие-то малозначительные детали. За исключением одного забавного эпизода. Спустя пару дней после своего прибытия в Вену, я случайно познакомился с одним местным, хиповского вида уличным музыкантом. Дело было к вечеру, он что-то тоскливо бренчал под козырьком дома. На улице стояла гнусная морось, мы разговорились, нашли много общего, я даже что-то сыграл из раннего репертуара Dissector. В итоге выпили по глинтвейну и договорились на следующий день вечерком потусоваться вместе. Решили завалиться на хату, где бременский музыкант временно жил, пока хозяйка квартиры была в отъезде. Квартира располагалась на другом конце города, от своей гостиницы я долго до неё пилил на трамвае, кажется №5.
И что-то как-то мы засиделись до глубокой ночи: бренчали на гитаре, что-то готовили, слушали музыку и всё такое. Ночевать я там не собирался, поэтому безуспешно попытался успеть на последний трамвай в своём направлении. Поездка на такси в мои бюджетосберегающие планы не входила, да и не было там в 96 году сотовых телефонов, Яндекс-Такси и прочих ваших Тырнетов. В городе я тогда ещё не ориентировался, хотя позднее его центральную часть изучил прилично.
Согласно моим наблюдениям, накопившимся за множество последующих поездок в Вену в разные годы, люди там рано ложатся спать, в десять вечера улицы уже пустые, а ночью – тем более. Впрочем, возможно, в наши дни обилие смуглых и иссиня чёрных специалистов-бабуинов оживляет вечерние и ночные часы прекрасного города, разгоняя по домам пугливых и законопослушных аборигенов. Но тем февралём 1996 года улицы ночной Вены были вымершими, без вариантов. Даже машины редко проезжали. Да и зимы в городе никакой не ощущалось – ноль снега, зато сыро, промозгло, дождливо, как мы в Магадане или Питере любим, например.
Короче говоря, я не придумал ничего другого, как идти по трамвайным путям обратно. Благо, нужное направление я запомнил, на мне была подходящая куртка, а в ней — плоская пластиковая бутылочка с дьютифришным вискарём Jameson. В общем, не самый плохой расклад. Я не представлял, сколько моя вынужденная прогулка могла занять времени, но долго раздумывать под дождём мне не очень хотелось. Что ж, скоро продолжим...
3 минуты
5 сентября 2025