4 подписчика
**«Полуночный привал»**
Ближе к полуночи я ехал домой на стареньком «ИЖе» — ветер бил в лицо, звёзды мерцали, как будто подмигивали мне с неба. Ездил в соседнюю деревню — к Машке. Провели вечер у костра, смеялись, целовались… Время пролетело незаметно. А теперь — обратно, сквозь тишину и запахи ночи.
Но на середине пути — хлопок, рывок, и мотор заглох. Я покрутил газ — тишина. Попытался завести — без толку. Стало ясно: до ближайшей деревни — километров пятнадцать, и всё — по просёлочной дороге, в стороне от трассы. Телефон, конечно, молчал — ни сети, ни зарядки. Осталось только идти пешком.
Шёл долго. Ноги гудели, в ушах — шум крови и стрекот цикад. И вдруг — свет. Тусклый, жёлтый, манящий. Свернул с дороги — и увидел: летняя веранда, деревянная, с резными перилами, под крышей. На ней — три парня. Сидят за столом, играют в карты. Рядом — бутылка самогона, закуска, пепельница, полная окурков. Музыка — старая «Ласковый май» — тихо играет из старого магнитофона.
— Эй, братан! — крикнул один, высокий, с веснушками и в кожаной куртке. — Заходи! Мотоцикл заглох? У нас тут ночёвка бесплатная, а утром — попутка до деревни. Только сначала — партия в «дурака»!
Я, конечно, удивился, но отказать не смог. Сел. Разговорились. Парни оказались местными — Витя, Серёга и Димка. Травили байки — кто кого перепил, как убегали от ментов, как влюблялись и страдали. Я тоже рассказал про Машку — они хохотали, подначивали, наливали. Самогон жгучий, но душевный. Время летело.
Один из них — Серёга — вдруг задумчиво сказал:
— Знаешь, мы тоже когда-то ездили к девушкам… Только не вернулись.
Я засмеялся — мол, шутишь. А он только грустно улыбнулся и посмотрел куда-то в темноту.
— Иногда… хочется просто посидеть. Поговорить. Как раньше.
Я не придал значения. Думал — ностальгируют.
Играли до рассвета. Небо начало светлеть. Петух прокричал вдалеке — один, второй, третий…
Я потянулся, зевнул — и обернулся к веранде.
Пусто.
Стол исчез. Стулья — тоже. Бутылки, карты, магнитофон — всё растворилось, как дым. Только трава, да ветер шелестит.
Я вскочил — сердце колотится. Огляделся — и остолбенел.
На месте веранды — три могилы. Простые, земляные, с деревянными крестами. На каждом — потускневшие фотографии. Те самые лица. Витя, Серёга, Димка. Улыбаются. Молодые. Счастливые.
А на одном кресте — табличка:
> *«Погибли 17 июня 2014 года. На этом месте, на повороте. Возвращались с вечеринки. Мотоцикл занесло — все трое погибли мгновенно. Помним. Любим. Ждём, кто составит компанию в ночи».*
Я стоял, как вкопанный. Холод пробежал по спине. В ушах — эхо их смеха, звон бокалов, шепот Серёги: *«Иногда хочется просто посидеть…»*
Потом — гудок. Грузовик остановился рядом. Водитель высунулся:
— Эй, парень! Ты чего тут? Это же старое кладбище мотоциклистов. Местные обходят стороной — говорят, по ночам тут карты играют…
Я молча сел в кабину. Дрожал. Водитель, видимо, понял — не стал расспрашивать.
А я всё думал: может, они каждый год в эту ночь кого-то ждут? Кто заглохнет на дороге… Кто зайдёт на огонёк… Кто составит им компанию — хоть на час.
Теперь, когда еду мимо того места — всегда кладу на обочину бутылку самогона и колоду карт.
На всякий случай.
Вдруг опять захотят поиграть…
2 минуты
7 сентября 2025