34 подписчика
Вчера застрял в лифте. Типа, пошёл за спичками и пропал. Последний раз со мной такое случалось году эдак в 2005, в старом сетчатом лифте с деревянными дверцами, в доме на Новоизмайловском проспекте в Санкт-Петербурге. Я снимал там за копейки убитую, почти пустую однушку, со скрипучими полами и всего с парой бабушкиных мебелей. Но дышалось в ней легко, и с 11 этажа открывался отличный вид во двор и далее. Жил я один с терпеливым и неприхотливым кактусом по имени Жорж. Из дома регулярно выносили трупаки; в моей панельной 12-этажке обитало много пожилых людей, ну и приходил их час. Подъезжал синий фургон без опознавательных знаков, потом пара крепких ребят выносили на носилках замотанное в белую простыню тельце. Странно, никогда не было никаких причитающих сопровождающих или родственников. Хотя, что тут странного... Финита ля комедия в тихом одиночестве. А ещё вдоль проспекта шла длинная пешеходная дорожка с лавочками, вытоптанной травой и чахлым кустарником. Рано утром, по дороге на эфир я периодически наблюдал на этих лавочках скрюченных, уже окоченевших алкашей или нариков. Заряжался, так сказать, позитивом и новыми впечатлениями. И думал — каждому своё. Хотя, зная, где висит оригинал этой фразы на немецком, звучит цинично. А при этом в эфир людям надо было нести смех, радость, сытость и веру в светлое будущее. Короче, жилось там живописно и по-питерски.
И вот, спустя двадцать лет, переместившись в другой город, я не доехал один этаж до своего этажа. Лифт одновременно скрипнул, взвизгнул, хрюкнул и встал. Поначалу был свет, я смог вызвать электромеханика. Сказали — ждите, вас когда-нибудь вытащат. Даже сотовая связь была, позвонил домой, предупредил. Потом свет погас.
В какой-то момент я прямо-таки ощутил себя героем одной из книг Харуки Мураками. Там тоже персонажи, чаще добровольно, оказываются то в колодце, то внутри кургана, то в каком-то мистическом месте. Думают, созерцают что-то внутри себя, потом выходят на свет какими-то уже другими. Мураками…Помню, пик его популярности в нашей стране у хипстеров и считающих себя современной интеллигенцией пришёлся на его романы «Охота на овец» и «Дэнс, дэнс». Я не сразу, но тоже подсел и до сих пор не пропускаю ни одной новинки Мураками. Мне нравится этот неспешный, слегка закумарный стиль повествования с множеством деталей из японской культуры, природы и кухни, джаза и истории, нравятся размышления и, казалось бы, заурядные бытовые ситуации, в которых иногда видишь себя. Ну и сами сюжеты и истории, которые приходят, наверное, в каком-то особом состоянии души. Регулярно перечитываю, и не надоедает. В этом и заслуга переводчика есть, однозначно. Ну, может, «Подземку» я не запоем перечитываю, но «Страну чудес без тормозов», «Норвежский лес», «Хроники заводной птицы», «Кафку на пляже», «1Q84», «Убийство командора» и сборники рассказов — да.
В очереди на сдачу крови в отделении химиотерапии такое чтение хорошо отвлекает от невесёлого раннеутреннего процесса и уставших от борьбы с недугом лиц. К слову, многие борются достойно, по-человечески общаются и находят в себе силы улыбаться, общаться, знакомиться, шутить и быть вежливыми. Конечно, случаются свары и словесные перепалки за место в очереди, раздражительная грызня, особенно в рядах старшего поколения химозников. Чаще всего люди просто забывают, кто и за кем занимал, путаются, наводят выбешивающую всех суету; при всей имеющейся цифровизации здесь всё ещё есть «живые очереди». Пока живые. С утра такое не очень хорошо заходит, но ничего не поделаешь: накапливающийся негатив и изматывающее лечение с такими диагнозами иногда выплёскиваются в самых неожиданных ситуациях и чаще всего на абсолютно ровном месте.
А из лифта меня освободили минут через двадцать. Бывает, сидят часами. Чья-то невидимая рука спустила его в полной темноте до первого этажа, где дверь, наконец, открылась. Ничего такого на меня снизойти за это время не успело, каким был, таким и остался. Синего фургона пока не видел.
3 минуты
13 августа 2025