Сегодня мне хочется вспомнить отцов в вере. Один из них отец Сергий Тарасов. Он служил в храме в Колтушах. Служил проникновенно, обладал неким даром предвидения и прозорливости. Когда я после армии стал ходить в храм, он как-то меня заприметил и ввел в алтарь. Почему меня? Не знаю. Так получилось. Показал как класть поклоны перед Престолом, как надо ходить через Горнее место. Почему-то он называл меня Антоша и относился ко мне как к сыну, но без излишеств. Я его бесконечно уважал. Машина у него была двухдверный Митсубиси Паджеро, знакомая говорила, что он гонял на ней так, что ей было страшно. Часто опаздывал на службу. Но прихожане его любили, так как он 23 года был настоятелем этого прихода. А я по-моему только один раз был у него на исповеди и практически не знаю его как пастыря. Исповедовал он не часто. Но служил проникновенно. Уже когда я учился в семинарии его почему-то снял с настоятельства новый епископ епархии, и почему-то я как выпускник оказался без прихода, на который бы мог вернуться. А я любил читать канон на всенощной под воскресенье, прямо как-то расцветал во время этого. Также любил читать шестопсалмие, хотя еще более приятно мне было делигировать такое чтение другому алтарнику. Вообще в Церкви мне хорошо, я там чувствую себя дома. Помню однажды мы с ребятами ездили в поездку в Раздолье и там ночевали в храме. Служили ночную литургию, а потом помогали матушке делать забор вокруг часовни. Это было еще замечательно тем, что это впервые за долгое время, когда мы ночевали вне семинарии. К отцу Сергию ездили потом в поселок Рахья, он служил там. Накануне я оконфузился на проповеди в семинарии, так как не решился сказать слова от сердца, так вот отец Сергий встретил меня с улыбкой и спросил: «Ну что, Антоша, сегодня будешь проповедовать?». В этом сказалась его прозорливость. По крайней мере для меня. После службы мы ели пирожки, трапезничали в ветхом церковном домике. Удивительно солнечным был тот день. Вообще уважение это такая интересная категория, ее нельзя купить, выпросить, как-то приобрести. Не знаю почему, но в детстве, когда я был маленьким и гулял по городу с дедушкой Геной, его все уважали. Все здоровались, он был заместителем главного механика Ижорского завода. Не знаю, может ли быть уважение богословской категорией, наверно. Хотя есть святые, которых не уважали, а, наоборот, покрывали бесчестьем и только впоследствии, узнавая их подлинный образ жизни, проникались к ним уважением. В послании к евреям апостола Павла есть удивительные слова о том, что надо взирать на кончину жизни своих отцов в вере и подражать им. Апостол Павел писал о пророках, о богоугодных людях, которые в этой жизни испили чашу скорбей, скитались в козьих кожах, были побиваемы камнями, перепиливаемы пилами и так далее, что они ходили в вере и не обрели избавления до пришествия Иисуса Христа. А мне хочется вспомнить своих отцов в вере: двух отцов Сергиев, Сергея Валентиновича, иеромонаха Илиана со скита Александро-Невской Лавры, отца Артемия с Предтеченского скита на Валааме и многих других.