Найти в Дзене
11 подписчиков

Николай Минх


БРАТЬЯ ФЕВРАЛИ

Братья Алексей и Павел, прозванные Февралями, были известные у нас в городе охотники, занимавшиеся ловлей и продажей певчих птиц. Знамениты они были тем, что каждый год в феврале месяце вот уж несколько лет подряд выносили на базар одного, а то и двух свежих весенних жаворонков.
А началось это вот как.
Пришлось как-то Павлу съездить в Астрахань за вещичками умершей там сестры. Возвращаясь, он случайно отстал от поезда на глухом разъезде. Узнав, что следующий поезд будет лишь на другой день, он решил идти пешком до ближайшей узловой станции и оттуда уже добираться до Саратова.
Была середина февраля. Денек был холодный, но ясный. На солнце, в заветрии, даже припекало. Дойдя по полотну железной дороги до высокой насыпи Асанкудукского лимана, он.был вдруг поражен трелью жаворонка. Много лет ловил он птиц, видел всякие виды, но встретить в наших краях жаворонка об эту пору не приходило и в голову. Постояв и осмотревшись, охотник разобрал обындевевшие усы и бороду и «тиукнул» самочкой жаворонка. И в ответ на призыв зазвенела торжествённая песнь затрепетавшей над проталиной птички.
От неожиданности Павел даже присел. Он посидел, обдумал план действий, встал и торопливо направился в Умет. Отсюда он уехал с первым товарным поездом, к вечеру был дома, рассказал обо всем брату, и они, наскоро собравшись, захватив сеть, свистки и клетушки, уехали в Покровск — слободу, расположенную на противоположной Саратову стороне реки. Ночью они доехали до Умета, а утром добрались до лимана.
Счастье им сопутствовало. Птичка была поймана, и в воскресенье яркий большеголовый жаворонок красовался на птичьем базаре.
Разговорам и удивлению не было конца. Братья сразу сделались героями дня. Как охотники ни пытали их, какие заезды ни делали, стараясь выведать, где была поймана птичка, братья помалкивали, ухмыляясь в позеленевшие бороденки, отправляя в носы понюшки душистого штафского табачку.
А когда в обед на базар подошли гостинодворские купцы, любители певчих птиц, и купили жаворонка за 25 целковых — они сразу стали недосягаемы. Весь базар столпился у птичьего ряда и только и галдел об этой купле-продаже.
— Четвертной билет!.. Ведерная корова дешевше стоит!.. А тут птичка в кулак!.. Что она —золотая, что ли?.. Ах ты, трам-та-ра-рам! Вот это Павел! Уперся на четвертном — и хоть режь! Откуда и взялось в нем?!—дивился народ.
После базара, когда братья, по издавна заведенному обычаю, отправились с другими охотниками в «ресторацию» Канарейкина пить чай, их встретили там чуть ли не бурей рукоплесканий.
— Ай да молодцы!.. На четвертную купцов огрели!..
Охотники понимали, что достать жаворонка в феврале — дело мудреное. Хоть «катерину» давай, а где его взять?..
Кто-то из охотников в порыве восторга назвал их Февралями, а на другой год, когда в это же .время они опять вынесли на базар свежего жаворонка, прозвище это приросло к ним так крепко, будто они и родились с ним.
Скромные герои моего рассказа Алексей и Павел Феврали жили почти на окраине нашего города в небольшом стареньком домишке, ушедшем от времени даже в землю. Здесь они родились, выросли и успели состариться. Жизнь их прошла тихо и незаметно, без особых страстей и тревог. Они были женаты на родных сестрах, дочерях соседки-вдовы, и свадьбы свои играли в один и тот же день в одной и той же церкви, стоя друг за другом против царских врат. Детей у них не было. Сестры были не сварливы и жили душа в душу. Они разделяли чувства мужей-охотников, а старшая, Фекла, жена Павла, так даже сама пристрастилась к этому делу. Она научилась разбираться в птице и по воскресеньям, когда братья в дни BбnoBbix пролетов уезжали на охоту, торговала па базаре.
Сестры представляли собой полную противоположность мужьям. Павел был небольшой, сухонький человечек, зато жена его Фекла была высокая, крупная женщина с громовым голосом и резкими движениями. От мужа она пристрастилась к нюханию табака и курению махорки. Она пила водку, при разговоре размахивала руками, и у нее на шее, как у мужика, бегал большой, острый кадык.
Сестра ее Анисья, жена А@
3 минуты