4 подписчика
Трёхсотых и двухсотых забирали с точки эвакуации один раз в сутки. По ночам приезжала эвакуационная машина. Раненых и убитых уже стягивали на точку до её прибытия. Их прятали по кустам и канавам.
Эвакуационной машиной могла быть любая легко бронированная техника или простой уазик буханка.
Эвакуационная машина подлетала на точку сбора и эвакуационная команда всех, моментально, загружала. Буквально, быстрее минуты и транспорт срывался подальше от опасного места.
Днём эвакуацию не проводят и не ходят больше чем по одному так как в небе засилье хохлятских птичек. Они летают всегда и корректируют огонь миномётов с артилерией. Даже хохло танки не работают без птичек.
С наступлением сумерек эвакуационная команда обходит позиции и собирает трёхсотых и двухсотых. Начинают собирать с дальних окопов.
Сегодня днём наши позиции кошмарил танк. Танк обнаружить непросто. Он работает с закрытых позиций, а его огонь корректируется птичкой. Птичка реагирует на движение и плохую маскировку. По танку выпустили восемь птуров, но так и не подбили его.
Илюху танк задвухсотил. Просто Илюха поленился замаскироваться. Он положил сверху окопа чёрную полиэтиленовую плёнку но, плохо прикрыл её ветками. Оператор птички обратил внимание на торчащие куски чёрного полиэтилена, а танкист не поленился запустить несколько снарядов по одному окопу. Так Илюха из-за своей безалаберности поплатился жизнью.
Его соседей только затрёхсотило. Коляну перебило ногу, но он успел себе наложить жгут и не истёк кровью. Максу от удара взрывной волны выбило глаз.
Макс переполз к Коляну, вколол ему и себе промедола. Они поругали беззлобно двухсотого Илюху и стали ждать эвакуаторов.
Им опять немного не повезло. Эвакуаторы уже тащили тяжёлых трёхсотых и Коляна взять не могли. Они вкололи Коляну ещё промедола, оставили несколько ампул про запас и сказали ему ждать до завтра. Максу, как ходячему, предложили идти с ними. Но, Макс отказался. Сказал, что Коляна одного на сутки не оставит, да и повязку на культе нужно контролировать. Вдруг кровь пойдёт, а Колян не заметит.
Конечно, здесь никто не упрашивает. Эвакуаторы в темпе умчались с трёхсотыми на носилках. А раненые и уколотые промедолом, Колян с Максом, впали в обезболивающую эйфорию.
Им стало хорошо. Колян благодарил Макса, что тот его не оставил одного. Одного и, уже одноногого. Они начали шутить, что теперь как два пирата, безногий и безглазый. И, что теперь их точно комисуют, а дома они обязательно купят себе одинаковых попугаев и будут их учить пить ром и ругаться на пиратском языке. Они так раздухарились, что решили послушать музыку в наушниках Макса, но батарея телефона оказалась разряженной. Колян показал на стоявший в глубине окопа и покрытый военным барахлом "дырчик" - бензогенератор.
Макс завёл дырчик и поставил на зарядку свою мобилу.
Раздухаренные парни, проникшись пиратскими подвигами ещё долго мечтали о карибских странах, паруснике с чёрными парусами. Поклялись сделать одинаковые пиратские наколки в виде черепушек с костями. Начали думать о новых пиратских кличках-позывных, но их сморила ночь.
Через сутки эвакуаторы в первую очередь пошли к окопу Коляна с Максом. Прихватив одни носилки. Неходячим с вечера был только один Колян. Старшой навязывал им вторые носилки, полушутя намекая, а вдруг кого по дороге подберут.
Эвакуаторы подошли к краю окопа и стали звать раненых парней. Те спали обнявшись. Добудиться их не могли и один из пришедших спрыгнул вниз. Парни были уже холодными. Колянова перебинтованная культя показывала на звёздное небо, а Макс чернел вытекшим глазом.
- Второго придётся нести на себе, сказал чертыхнувшись эвакуатор.
Колян и Макс задохнулись угарным газом от бензогенератора.
Трёхсотый - раненый.
Двухсотый - погибший.
Пятисотый - сбежавший.
Птичка - коптер в небе.
3 минуты
24 июля 2024