1 подписчик
Ровно четверть века назад, 3‐го июля 1999‐го года, произошло самое нечестное, что только может случиться в этой жизни. 3‐го июля 1999‐го года во время концерта в рамках фестиваля, проходившего в Палестрине, неподалёку от Рима, Марк Сэндман скончался от внезапного сердечного приступа прямо на сцене перед несколькими тысячами зрителей. Барабанщик Билли Конвей даже не сразу понял, что произошло, — они отыграли половину песни, и он решил, что Марк присел, чтобы поправить что‐то на амплифаере. Находившийся рядом врач сделать уже ничего не мог. Марку Сэндману было 47 лет.
Смерть — всегда потеря. Смерть музыканта – это потеря не только для родных и близких. И есть исключительные музыканты. С уходом Сэндмана очевидно одно – такого музыканта не было до него и не будет после. Никогда. И такой музыки больше не будет тоже. Никогда. И всё же самое печальное во всём этом, что больше никогда на сцену не выйдет высокий светловолосый человек и не скажет: «Дамы и господа, мы — MORPHINE из Бостона, Массачусетс, и мы к вашим услугам».
Девять из десяти интервью с группой начинались со слов: «Представьте себе, что вы в тёмном, полном народу, прокуренном баре…». Голос Сэндмана – спокойный баритон, сшитый из той же ткани, что и голос Тома Уэйтса.
За ним не числилось никаких подвигов, кроме одного — он был абсолютно гениален.
Тематика песен Morphine, по определению Сэндмана, — это «стойкость, неблагоприятное стечение обстоятельств, жажда обладания, отчаяние, безграничная любовь, самообман». И тексты их – это скорее описание эмоциональных состояний, нежели повествование, скупое в словах и очень выразительное. В свое время Сэндман сформулировал свое представление о «совершенной песне»: она должна иметь один, редко два куплета, припев и минимум слов. При такой постановке вопроса в песне очень сложно сохранить логическую последовательность и осмысленность – для этого нужно поэтическое чувство. У Сэндмана оно было.
В 33 года, в возрасте, когда юные музыканты подумывают бросить собственные группы и начать более размеренную жизнь, Марк вошел в бостонскую группу TREAT HER RIGHT, исполнявшую некий род постпанк‐блюза. То было время, когда шёл на спад бум новой волны, и музыка в целом тяготела к клавишам, драм‐машинам и MIDI‐секвенсорам, время, когда, по воспоминаниям одного из друзей Сэндмана, «в моде был фальшивый английский акцент и яркие черно‐красные одеяния, а в каждом кинофильме был тип «молодого бунтаря» с дурацкой прической а ля «нью вэйв». Тогда ещё мало кто осознал, что именно с середины 80‐х начиналось второе рождение рок‐н‐ролла, пережившего крушение всех – и этических, и эстетических – идеалов, который чуть ли не навсегда похоронил диско и панк. Воздух был полон новых идей. Может быть, именно поэтому Сэндман так долго жил обычною жизнью – опоздав ко времени, когда музыка создавалась, он пришёлся ко двору тогда, когда она рождалась заново.
TREAT HER RIGHT не имели большого успеха, хотя и считались самой знаменитой бостонской группой. К началу 90‐х она распалась, однако сделавший себе в ней имя Сэндман уже имел в голове образ той музыки, которую собирался играть.
По свидетельствам знакомых, он был исключительно сосредоточенным на музыке человеком. Параллельно с TREAT HER RIGHT он играл ещё как минимум в четырех группах, вся его квартира была забита всевозможными инструментами, а любой визит к нему рассматривался хозяином как повод что‐нибудь посочинять или показать уже новое. Ещё в бытность свою в TREAT HER RIGHT Марк пропустил однажды сигнал от своей гитары через приставку, опускающую ноты на октаву, и оказался доволен полученным сумеречным тембром, он назвал такую гитару low guitar – «низкая» или «приглушенная» гитара.
Однако скоро ему показалось, что изображать на обычной гитаре бас достаточно низкопроизводительно, и он поменял её на бас‐гитару, с которой к тому же снял все струны, кроме одной, поскольку, как он объяснял друзьям, на любой струне есть все ноты. Это может показаться достаточно смешным, однако из подобного эксперимента проистёк результат — тот самый «фирменный» звук MORPHINE, группы, организованной Сэндманом в 1990‐м году
3 минуты
7 июля 2024