19 подписчиков
ЖЕНСКАЯ ИДЕНТИЧНОСТЬ
Сколько я себя помню, я всегда чувствовала, что я принадлежу к женскому кругу. Маленькой девочкой я любила блестящие мамины бусы из чешского стекла и обожала связанные крючком платья и сарафаны с юбкой-солнышком. Я одевала мамины туфли на каблуках и тайком красилась ее косметикой. Я подсматривала за мамой и ее подругами – как они общаются, что одевают, как смеются переливающимся смехом – в них было столько загадочного, женственного и притягательного для меня; я мечтала, что вырасту такой же.
Когда взрослые смотрели на меня, они разговаривали со мной совершенно иначе, не как с мальчиком – это была мягкая интонация, умиленный взгляд, любование и нежность. Мне рассказывали, как следует вести себя настоящей правильной девочке – не носить тяжести, не бегать, сломя голову, не ходить в грязной одежде, помогать маме мыть посуду и делать уборку в доме, играть в куклы, а не лазать по деревьям, не повышать голос…
Моими творческими проявлениями не очень интересовались и не поддерживали их, считали бесполезными. Я бегала в мороз с гуашью, кисточкой и водой в Екатерининский парк рисовать ворон на снегу среди голых стволов деревьев, а никому и дела не было до этого. Я хотела играть на фортепьяно, а родители мне сказали, что пальцы у меня слишком гибкие для игры.
В трансляции мне социальных правил и запретов преуспела моя бабушка – женщина строгая, суровой судьбы, и вечно «строящая» дедушку, бывшего танкиста, добродушного, хитрого и веселого. Она же воспитывала во мне чувство смелости – мы могли темной ночью вдвоем идти со свадьбы из соседней деревни через провалье и лес, через кладбище. У меня поджилки тряслись, а она говорила: «Не бойся мертвых, ты живых бойся».
Я выросла и превратилась в женщину. С любовью к красивым вещам и украшениям, но с ощущением того, что во всем, что я делаю, должна быть, прежде всего, польза. С утвержденным в голове после развода родителей контрсемейным сценарием – что женщина должна все делать сама, быть абсолютно независимой от мужчины, однако я вышла замуж.
На формирование нашей женской идентичности влияют мнения значимых взрослых в детстве, социальные нормы, и много чего еще. Как правило, становясь взрослыми, мы повторяем семейный женский сценарий или, напротив, идем по пути контрсценария, пытаясь сделать и поступить наоборот, не повторить мамины ошибки, не быть похожей на нее. Правда, забываем, что «с водой и ребенка можно выплеснуть».
Придя в психотерапию, я постепенно начала разматывать этот сложный клубок убеждений относительно того, какой должна быть женщина. Захотелось найти себя и обнаружить свои чувства и желания, а не чувствовать себя чьим-то «сценарием». Я много чего удивительного обнаружила. Оказывается, я могу раствориться в творчестве – в шитье, дизайне платков или в ландшафтном дизайне – я получаю удовольствие и удовлетворение от процесса, а не только от результата. Иногда мне нравится и хочется чувствовать себя слабой, хотя я, как и прежде, восхищаюсь самодостаточными и сильными женщинами.
Настоящие мы гораздо больше и сложнее, чем семейные сценарии и контрсценарии. Если интересно поисследовать себя настоящую, приглашаю в свою женскую терапевтическую группу «В джазе только девушки», которая стартует с сентября этого года. В группе осталось еще 7 мест.
2 минуты
26 июня 2024