1 подписчик
#НаПриемеУМудрогоЯ
«Ира, ну, что ты скачешь, что распыляешься? И то она хочет, и это! В итоге предъяви результат — что сделано?»
«Ну, есть движение».
«В смысле? Покажи финансовый результат».
«Ну, я закладываю основание».
«Это я вижу. А результат когда будет?»
«Ну, я чувствую, он будет».
«Слушай, ты помнишь прием у кабалистического астролога? «Вы, водные знаки, со своими «чувствую» достанете кого угодно». Ты понимаешь, как это звучит для, скажем, Льва? (А мудрое я, кстати, с парадом планет во Льве).
«Я знаю, что я двигаюсь».
«Ладно, иди двигайся». Пыхнул сигарой, сверкнул золотой оправой (Что?! Ира, как ты это вспомнила? Ах, вот чей наряд на мудром я сегодня!). Он «плавали-знает», он любитель жестких разговоров по существу. Он откуда-то с севера и юга одновременно. Он авантюрист и ва-банщик. Он игрок. И он бескомпромиссный эстет.
Но он, мое мудрое я, меня бескомпромиссно любит. Он милосерден.
И вот за завтраком, в пасмурное утро, когда, я знаю, открываются порталы; примерно в 11 утра, по обыкновению my elevensies; когда окно распахнуто, и взор обнимает семидесятилетние тополя, клен, березы - привратников портала (я разгадала ваш фокус — рябите листвой как цыганки перстнями, чтобы загипнотизировать, но я поддаюсь, я уже в нетерпении, пли, валяйте свой транс); когда рядом с ноутбуком накрыт чай и печенья Волконский на тонком фарфоре, на льняной салфетке, уже с помарками, но бескомпромиссно благородной, и черный с лемонграсом азербайджанский горячий чай поразительно хорош, и он хорошо рифмуется с легким ветерком из окна, этим вестовым из грядущего, — и вот при стечении всех этих обстоятельств, раз, и зажигается ответ:
«Так вот, мудрое я. Я делаю самую лучшую работу в мире. Да, в разных направлениях. Я каждый день делаю то, что, вижу, нуждается в моем вмешательстве. Везде, вокруг меня на 360° и внутри меня. Мне до всего есть дело. Оно ждет меня. Оно ждет именно моего вмешательства. Ты думаешь, что я сею на ветер, разбазариваю семена, но ты просто пока не видишь отдачи. Поверь, когда оно взойдет, а оно взайдет, я знаю, оно заколосится повсюду, на 360° вокруг меня и внутри меня. И я уже сейчас вижу, как оно взойдет». Ветерок по щеке: «Да, душечка, так и будет!»
«Работа как я люблю — требует междисциплинарного подхода и смежных компетенций и требует «чувств» (здесь немножко сарказма, друг, потому что чувства архи-важны, они — компас, они камертон чистоты момента). Она стратегическая, она долгосрочная, как работа селекционера, писателя или того, кто начал объединять народы в одном человеке.
И каждый день я отдаю весь запас сил (ладно, я только двигаюсь в сторону бескомпромиссно полной и бескомпромиссной по сути отдачи!).
И я продолжу делать эту самую лучшую в мире работу, потому что я для нее и родилась. Вот тебе мой ответ, мое мудрое я».
«А ты ничего, молодец, смотри-ка, уже научилась отказываться от своей привычной интернализации «ты обвиняешь, я обвиняюсь». Ну, ладно, раз так. Но результаты ты все равно мне предъяви. Особенно вот здесь, где ты так отчаянно тормозишь».
«А, может, это я перед поворотом притормозила, чтобы пройти его на полном газу, как гонщик? Что тогда?».
«Это мы еще посмотрим. А пока — за работу! За твою любимую!)» (Сегодня оно, мудрое я, без сигары, но в тех же очках. Оно улыбается. Я прошла тест, и оно гордится мной. Мое прекрасное мудрое я.
2 минуты
17 июня 2024