Демиургический актор, осуществляя разнородные творческие практики, апеллирует к определенным специфическим семантическим модусам. При этом последние могут экспозиционировать себя посредством гетерогенных трансцендентных и имманентных, облигаторных и контингентных, эндогенных и экзогенных, эссенциальных и акцидентальных, потенциальных и актуальных и т.д. фундаментальных сфер и матриц. Так танатотическое и эротическое начала, ингерентным и всесторонним образом коррелирующие друг с другом, индуцируют аподиктические предпосылки, позволяющие рассудочному субъекту инициировать разновидные эталонные и полнообъемные креативные реализации. Безусловно, каждое из них (начал) не только является фундаментальной оригинальной и полноценной парадигмой, обладающей разнотипными эйдетическими, концептуальными, символическими, метафорическими, эстетическими, архетипическими и иными смысловыми значениями, но и генерирует уникальные мистериальные экспликации, всеохватывающим и беспрецедентным образом аффицирующие и инспирирующие творческую персону. Вместе с тем, эротический и танатотический модусы не просто манипулируют теми или иными самобытными структурами присущими последней (персоне), а напротив вступают с ними в энантиодромический, поливалентный и парадоксальный диалог, имеющий определенную динамику. Кроме того, любые пневматические страты и ноэтические сегменты, принадлежащие к эзотерическому ареалу ментального индивидуума, продуцируют детерминированные условия для инициирования им (индивидуумом) гетерогенных демиургических развертываний. Следовательно, важно отметить, что именно гармонизированные и высокоструктурированные взаимоотношения между свойственными последнему (индивидууму) рациональными и иррациональными системами не препятствуют ему (индивидууму) осуществлять гениальные и экземплярные творческие реализации, тогда как они (реализации) отражают их (взаимоотношений) подлинную семантическую архитектуру.