18 подписчиков
ПЕРЕСТРОЙКА ЧАСТЬ 4
Особняком стоял еще один предмет – матанализ, с которым я имел проблемы, но исключительно благодаря моему дяде, родному брату моего отца, вернее его чувству юмора, а если еще точнее – то его отсутствию! Когда я родился, дядя Юра прислал отцу, находившемуся в ту пору в геологической экспедиции, телеграмму, где поздравлял его с рождением сына, в конце телеграммы он подписался – дядя Юра. Отец расчувствовался и назвал меня тоже Юрой.
Вообще-то, расчувствоваться – это не про моего отца, скорее я, ныне «пес войны со стажем и на пенсии», пущу слезу, чем он расчувствовался бы тогда, он вообще был человеком, мало склонным к сантиментам, тем более к публичному проявлению чувств, да еще и в семье, чистокровный осетин одним словом, посему и в эту версию появления своего имени верю слабо. Но так гласит семейная легенда, а семейные легенды святы. Во всяком случае, такое объяснение я слышал от своей бабушки, мамы отца.
Дядя Юра в свое время тоже учился в МВТУ, правда несравненно с большим успехом, чем я, поскольку после окончания МВТУ, между прочим с красным дипломом, поступил в аспирантуру. А окончив оную, защитил кандидатскую диссертацию, стал доцентом и остался преподавать в МВТУ на своей родной кафедре, где и проработал всю свою жизнь до глубокой старости. Недавно, позвонив ему, я узнал, что он до сих пор там преподает, по моим подсчетам, если с обучением, то лет шестьдесят уже натикало. В общем, как говорится, и возраст большой, а срок так и вообще огромный.
В год моего поступления, будучи доцентом кафедры «Прокат и обработка металлов давлением», за точность названия кафедры опять же я не ручаюсь – время да плюс пара контузий изрядно ухудшили мою память и подорвали мои умственные способности, и в пору расцвета далеко не выдающиеся, чего уж тут скрывать. Накануне моего поступления в институт дядя отбывал в трехлетнюю рабочую командировку в Алжир, где должен был рассказывать о волшебном мире проката, делясь тайнами своей специальности с арабами.
Желая хоть как-то помочь и облегчить жизнь своему единственному и потому, безусловно, любимому племяннику, имея благое желание – сделать его обучение более легким, а может, просто решив перестраховаться на случай, если буду дурака валять и позорить фамилию, ведь фамилия у нас с ним была одна, пробежался по преподавателям, которых знал лично, и предупредил их, что я его племянник.
Так же он поступил и с преподавателем кафедры математического анализа Ниной Трофимовной Велесовой. В то время это была взрослая женщина, прекрасно выглядевшая в свои пятьдесят плюс, с горделивой осанкой, всегда изящно одетая, немногословная и о-о-очень, ну очень строгая. Кандидат математических наук, доцент на кафедре высшей математики и математического анализа, она была неформальным лидером кафедры, главой, перед которой трепетали все без исключения сотрудники – от последнего аспиранта до декана этой самой кафедры. Она должна была вести у нас семинары по высшей математике, принимать защиты домашних заданий, зачеты и экзамены.
Когда ты неправильно решал задачу или неправильно брал производную от той или иной функции, проводил ее исследование или не так интегрировал, она произносила только одно слово. «Ушел!» – говорила она еле слышно, не затрудняя себя даже поворотом головы в сторону студента.
Если бедолага по своей глупости или не знанию спрашивал у нее, где он ошибся, вот только тогда она поворачивала к нему голову и, снимая очки, одаривала студента долгим, пристальным взглядом, рассматривая его так внимательно и с таким удивлением, как будто увидела неведомого ей доселе малехонького забавного африканского червячка. В ее все еще прекрасных серых глазах сквозили нежность и жалость всех матерей мира! Однако она быстро справлялась со своими эмоциями, надевала очки и, так и не произнеся ни одного слова, взглядом подзывала к себе следующую жертву.
А несчастный студент, ссутулившись и понурив плечи, вставал из-за ее стола и брел на выход, думая о том, что завтра придется идти опять на защиту этого же ДЗ и снова пройти по всем кругам ада.
3 минуты
19 декабря 2023