13 подписчиков
Водопады
На водопады мы вышли с рассветом. Я не вполне представлял, куда нам идти. Я уже говорил, что тогда еще мало у кого были кнопочные мобильные телефоны, не то что навигаторы. Об этом маршруте я услышал от наших соседей по кемпингу, о которых уже упоминал. Как-то так: дойдете до поселка, сядете на автобус в сторону перевала, а потом пешком вдоль речки по тропе. Дойдя до скалы Парус, мы искупались и пополнили запасы воды из плачущей скалы. Я уже не помню, почему, как так вышло, что вместо того, чтобы в Прасковеевке сесть на автобус до Михайловского перевала, мы почему-то пошли дальше до Криницы.
После оживленного прасковеевского пляжа берег становился все более пустынным. Кое-где приходилось перелезать через завалы из скальной породы, карабкаться по мокрым скалам. Лара, да и я сильно обгорели: ведь крема от солнца тогда не были столь популярны.
Около полудня я почувствовал зловоние, а затем заметил странный объект впереди. Это оказался выброшенный на берег и высохший на солнце красновато-коричневый труп дельфина. Мы по очереди сфотографировали друг друга на мыльницу с этой достопримечательностью. Лишь дважды в жизни я столкнулся со смертью и пока никогда серьезно не думал о ней. После встречи с мертвым дельфином почему-то мои шутки поиссякли, и мы молча шагали до следующего привала.
Криница оказалась более далекой , чем мы думали. В послеобеденное галечный пляж пустовал, и мы еле нашли кого спросить, где остановка и во сколько должен быть автобус. Чуть охладившись в море и пообедав одним хлебом, мы добрались до неприметной станции.
Когда приехал грязненький натужно пыхтящий пазик, водитель к нашему разочарованию сообщил, что до водопадов нам сегодня не добраться, это очень далеко. Зато здесь есть дольмены. Хотя... И водопады тоже есть.
Мы вышли на Пшаде и уже не столь бодро зашагали по указанной тропинке. Дольмен не вызывал у меня никакого трепета - груда камней, от которой я не ощутил дуновение вечности. Хотелось поскорее увидеть и услышать ревущий поток воды. Дорога с глубокой колеей, по которой явно часто ездили вездеходы, местами пересекала реку, и приходилось разуваться, чтобы перейти ее вброд. Несколько раз мы снимали кеды, а потом нам надоело это делать. Ведь солнце еще светило ярко, хотя уже неумолимо надвигался вечер.
Наконец мы достигли цели. В мягких лучах закатного солнца взгляду открылся каскадик метр высотой. И ради этого мы столько перли?!
Тогда я не подумал, как мы будем оттуда выбираться: последний автобус в сторону Геленджика уходил часов в 8 с чем-то вечера. И если на берегу ночи были теплые, то в горах с наступлением сумерек подул ветер, и стало холодно. У нас не было с собой ничего, кроме старого покрывала, которое мы юзили как подстилку на камнях. Кое-как укрываясь, мы вернулись к остановке в надежде поймать хоть какую попутку. Но машины попадались раз в минут пятнадцать и проносились быстро, не успевая заметить голосующих. Наконец, нас взял грузовик до какого-то поселка в горах. Дрожа от ночного холода, мы уселись около крылечка сельского магазина, пытаясь укрыться покрывалом. Ла положила мне голову на колени. Ее знобило от солнечных ожогов, но она ни разу не упрекнула меня за то, что я ее сюда завел. От Лариных светлых волос пахло морем, и я в полудреме мечтал, как утром, когда взойдет солнце, станет тепло.
Рано утром пришла заспанная продавщица, продала нам два вчерашних засохших беляша и пыльную бутылку пива. Чтобы вернулся домой (в шалаш, об этом отдельный рассказ), надо было сначала доехать до Геленджика, а потом на другом автобусе до Джанхота. На подъезде к Геленджику мы начали срубаться.
Но приезд в Гелик взбодрил меня. Мне захотелось устроить Ларе праздник - ведь она безропотно перенесла все лишения и вполне это заслужила. На центральном рынке в то время продавали вкуснейших копченых кур. На вишневой стружке, с корочкой. Кушать такую куру надо с лавашом и овощами. И еще полторашка портвейна на разлив. А Вы знаете, что везде говорят и пишут «в розлив», а в Краснодарском крае «на разлив»?
3 минуты
28 октября 2023