1 подписчик
Евгений Кремчуков. Волшебный хор. — Москва : Альпина. Проза, 2023.
«Волшебный хор» Евгения Кремчукова — это образчик грамотной гиперграфии. Когда человек много думает, когда терпеливо что-то растит в себе, однажды его неодолимо тянет запечатлеть ветвистые мысли, выставить их на обозрение. При литературных аккуратности, прилежности, усердии (они видны в каждом выражении книги) как раз и получается нечто, похожее на «Волшебный хор». Вместе с тем наш автор не может скрыть поползновений писать изящно и гладко. Он, надо признать, умеет ловко укладывать фразу, даже самую распространённую; отдельные обороты, предложения, целые абзацы смотрятся приятно.
Какова же неотвязная мысль Кремчукова? Она — о времени и о восприятии этой стихии, в которую брошено человеческое сознание. Рассуждениями — то дельными, то безблагодатными — роман полнится и пенится.
Выглядит это примерно так: «Сам того зачастую не замечая, человек существует в прозрачной толще длительности, которой он плотно проложен сверху и снизу, — между вчерашним завтра и завтрашним вчера. И почти всякий день человек проходит вдоль лежащего под ним собственного прошлого, через единый город времени, или, если выразиться эдак в романтическом духе, „по линиям своей судьбы“, — проходит, впрочем, почти никогда этого не обнаружив, не обратив на окружающее внимания».
Остаётся непонятным, для чего было абстрактную словесную акробатику облекать в квазироманную форму, то есть приманивать выдуманной историей о двух бывших друзьях. Один из них, учитель истории, оказывается под арестом — его обвиняют сперва в экстремизме и оправдании нацизма, а впоследствии и в домогательствах. Второй же, узнав об этом, довольно вяло и по большей части неубедительно пытается разобраться в обстоятельствах: помочь другу? для собственного душевного спокойствия? из чувства долга и сопричастности? — скорее всего просто по авторской воле.
Фабульная арматура, по всем конструктивным законам, должна бы принимать на себя часть нагрузки и тем самым способствовать крепости не только блоков, но и целого строения, возводимого нашим автором. По слабости, однако, этот каркас не выдерживает, и всё рассыпается на отдельные куски. Какие-то из них более занимательны, какие-то совсем скучны.
Арест служит завязкой, но действия никакого не происходит и происходить не должно — зато полно всяческих спекуляций на тему времени. Что главные, что второстепенные персонажи тут оказываются удобными функциями, с помощью которых транслируются авторские мысли.
К каждой главе Кремчуков ищет свой подход, представляя то вольный сценарий, то имитацию интернет-комментариев, то микротрактат, то список тезисов, то монолог побочного действующего лица, то циклопическую эпистолу. Это не столько остроумие или находчивость, сколько проверка остроты уже найденных приёмов: не затупились ли? Не затупились или, во всяком случае, могут быть заточены.
Чтобы завершить роман, Кремчукову приходится прибегать к банальному приёму: арестованный персонаж, ещё до первого заседания суда, умирает (после неудачного суицида); но точнее было бы сказать, что его умерщвляет автор. Незамысловатый ход в виде неожиданной смерти протагониста использовал автор другой книги о времени и ностальгии — «Собирателя рая» (об этом романе Евгения Чижова я тоже писал).
После прочтения понимаешь, что «Волшебный хор» — это книга умного, начитанного, прилежного, скрупулёзного автора, в художественном отношении совершенно не дерзкого и не дерзновенного. А потому это точно не большая книга, хоть она и стала финалистом одноимённой премии. Кому-то очередной, стармодного модернистского толка разговор о времени может быть интересен и потребен. Однако не нужно и видеть в нём что-то иное, что-то большее.
3 минуты
1 сентября 2023