5 подписчиков
Франц Рупперт о психотравме
Психическая травма
Есть три основных состояния человеческой психики: состояние благополучия, в котором мы максимально открыты реальности, потому что мы не чувствуем угроз, мы не чувствуем экзистенциальной опасности, нам комфортно, мы открыты, креативны; это состояние изменяется, если появляется экзистенциальная опасность, например, я потерял работу, партнёр захотел бросить меня, ребёнок попал в аварию - и тогда я нахожусь полностью в стрессе. Психика переключается на программы стресса. Тогда я испытываю чувство сужения реальности. Реальность я воспринимаю как туннельный эффект. Обратно в состояние благополучия я могу вернуться, когда опасная ситуация устранена. Если вы думаете о проблеме разрыва отношений на протяжении долгого времени, люди долго находятся в этом состоянии суженной реальности. Состояние постоянного стресса на протяжении долгого времени делает больными.
И последнее состояние психики - это экстренная реакция на психотравму. Если опасность настолько велика, что я не могу справиться с помощью программ стресса, я не могу сбежать, не могу бороться, нахожусь во власти ситуации, то ничего другого не остаётся, как скрывать реальность. Что это означает? Если говорить о том, что человеческая психика служит для доступа к реальности, в этой ситуации я должен сделать совершенно противоположное: я должен использовать мою психику, и для этого психика и есть, чтобы я не воспринимал реальность, не понимал, что на самом деле происходит. Итак, очень противоречивая программа. Но многие люди травматизированы, и для многих эта программа является практически нормой. Многие люди живут с этой программой, или даже выживают. Отсюда возникает определение психической травмы. Психическая травма - это невыносимая для человеческой психики реальность. Психические травмы могут быть пережиты только путём полного отстранения от невыносимого страха, боли, злости, стыда с целью выживания. Здесь речь идёт об отсутствии чувства безопасности, целостности для здоровья, наши потребности не удовлетворены, потому что речь идёт о выживании. И здесь важная особенность моей терапии - это разница между понятиями «жить» и «выживать». Большая разница в том, живу ли я или выживаю. Необходимая стратегия выживания в условиях психических травм держит невыносимую реальность вне моего сознания. Как видно на картинке, мне нужно зарыть голову в песок, чтобы не видеть, что происходит на самом деле. И в это же время человек находится под угрозой исчезновения или без защиты.
Результатом этих процессов является потеря связи с реальностью и, что очень важно, потеря связи с самим собой. Это как без головы бежать.
Итак, разделение - это аварийный механизм травмированной психики. Но есть хорошая новость: остаётся кое-что здоровое. Травматизация не нарушает всю психику, способность воспринимать реальность. Всё-таки остаётся часть, которая способна осознавать реальность. Но в данном случае у нас присутствует структура: то, что находится в травмированной части, должно быть отделено, изолировано, выдавлено из сознания, потому что это невыносимо. Часть, отвечающая за выживание, заботится о том, чтобы невыносимое не попало в сознание. Стратегии выживания держат невыносимую часть в бессознательной форме. Это не означает, что этого невыносимого в организме больше нет, но, по крайней мере, это настолько переносимо, что я могу дальше жить.
@
2 минуты
17 июля 2023