Мой текст очень поэтичен, но я сгибаюсь от неприсутствия широты и универсальности в нем, как будто я обязан писать его самыми разными языками и не имею права зацикливаться на одном, как Музиль, Камю, Кафка или Толстой, но должен быть – как Деблин, Джойс, Сорокин, Достоевский, Уоллес.