Мужики - об армии, женщины - о родах.
На самом деле, смешно, но это факт - собравшись в кучки больше одного, мальчики вспоминают армейские истории, а девочки - страшные, мучительные роды.
Так уж вышло…
С первенцем я ходила легко. Живот был небольшим, но почти всегда в тонусе. Подходил срок, я гнала от себя страшные мысли, старалась не слушать рассказы уже имеющих опыт подруг, и плыла по течению - как будет, так будет.
На очередном приеме в консультации, доктор вышла из кабинета, и я услышала скрежет замка. Дверь закрыли? Зачем?
Минут через десять дверь открылась и зашли врачи скорой помощи.
Меня «приняли».
В чем была скоропостижность, мне так никто и не объяснил, но прямо в спортивной одежде и кроссовках привезли в роддом.
Надо сказать, что у женщин из отделения патологии есть всего два развлечения - смотреть в окно, кого там привезли по скорой, и делать ставки, за сколько часов родит очередная крикуша из родблока.
Так вот, они мне потом рассказывали, что сильно удивились, когда из скорой выпрыгнула девушка «на спортике», живота они не заметили…
И в самом деле, в палате я была самая стройная, а срок - самый большой, 39 недель. Впрочем, мой сын решил не покидать теплое местечко ещё две недели. А возможно, так бы и не надумал, если бы не вмешались врачи.
Мне попался доктор, которому очень не понравилась моя уверенность, что я рожу сына. УЗИ тогда делали лишь при подозрении на патологию, поэтому пол ребенка был сюрпризом до самого ответственного момента.
А я пришла за сыном, потому что и сама так хотела, и домашние дали наказ: никаких девчонок! И вот попробуй тут усомнись!
А врач усомнился. Задержался специально на полчаса, чтобы «посмотреть на мой позор», хотя его смена закончилась.
Надо было видеть его лицо, когда акушерка сунула ему в нос красные яички моего сына. Ей, похоже, тоже порядком надоела его предвзятость и алкогольное амбре.
Доктор фыркнул: «Ну надо же!» Удалился с видом оскорбленного самолюбия, как будто я его обманула.
Ванюшку (да, имя тоже было придумано не мной и задолго до его рождения) положили рядом со мной на каталку и сказали покормить. Легко сказать…
Нас с сыном забыли часа на два, и мы уснули. Когда меня повезли в палату, сестричка сильно удивилась, что у меня не забрали ребенка.
Я всегда тяжело привыкала к новому коллективу.
За две недели ожидания в патологии только-только начала привыкать к хамоватой, с огромным пузом, соседке, которая шумно вставала по ночам, сопровождая свои походы в туалет смачными ругательствами.
Я уже почти перестала побаиваться осужденную, которую привезли из СИЗО, она была тихой и всё время лежала под присмотром женщины в форме.
Даже круглая рыжая болтушка, у которой не закрывался рот, даже когда она ела, начала казаться интересной собеседницей, а ее монологи во сне уже не так раздражали…
И снова новые люди.
Весь первый день я проспала, почти суточные схватки дали о себе знать дикой усталостью.
На второй день в палату привезли новую молодую мамашу.
Здесь я узнала ещё одну аксиому. Если женщины вне роддома говорят о родах, то женщины в роддоме - о свадьбе. Конечно, после того, как поделятся страшилками из родблока.
Так вот, соседка рассказывает, как они праздновали свадьбу в ресторане «Заря». А мы свою свадьбу тоже там гуляли. Она спрашивает, когда? Отвечаю: 6 февраля. И у нее 6 февраля.
Может, год другой? Нет, этот.
Смотрим друг на друга, как два барана, готовые сойтись в борьбе за правду.
Лишь минут через пять она говорит: «Так мы в малом зале! А вы в большом! Помнишь, ещё ваш тамада устроил конкурс молодоженов?»
Помню. Мы победили.
Спрашиваю: так вы тоже по залету? «Неееет, мы по любви!» Конечно.
Но рожать мы пришли почти в один день через пять месяцев после свадьбы.
У девушки тоже было готовое имя для сына - Тарас. А груди не было совсем, как и молока. А я сцеживала молоко в умывальник, пока санитарка не взвыла диким зверем, увидев это «кощунство».
С тех пор она регулярно следила, чтобы я «сдавала» лишнее.
Продолжение следует.
3 минуты
28 апреля 2023