Моя жизнь настолько сильно изменилась, что вряд ли я смогу объяснить дочери многие вещи. Удивительно, но в свои 38 лет я успела пожить в разных эпохах - в школу я пошла в 91-м, и в моих тетрадях ещё был вкладыш-промокашка для письма чернилами. Детство после развала СССР в лихие 90-е, когда ходить по улицам было страшно, а дома было голодно и холодно. Подростком я была уже во времена новых русских, поклонения доллару и загранице, но хотя бы уже был виден свет в конце тоннеля и не так безысходно жилось. А с момента поступления в университет, когда я выпорхнула из провинции в питерскую общагу, кишащую тараканами, началась моя взрослая, настоящая жизнь. И хотя в этот большой отрезок жизни были разные этапы - и взлёты, и полное безденежье и отчаяние, я всё равно воспринимаю эти 20 лет как единый период, когда я сама могу хотеть, решать, делать, иметь то, что хочется.