12,1 тыс подписчиков
Жора...
Сегодня исполнилось бы 75 лет Георгию Александровичу Ярцеву.
"Бы"... Ком в горле. Он не дожил до юбилея меньше года. Сколько сегодня было бы теплых слов, сказанных Санычу лично, а не в память о нём...
Та страшная новость как ножом полоснула. Тем кинжалом, который вам, Саныч, вручили в день 55-летия обожаемого вами Федора Черенкова, и который в ваших руках смотрелся так органично.
И кровоточит до сих пор. Невозможно было в ту новость поверить - особенно спустя несколько дней после матча ветеранов "Спартака" с "Зенитом" в Питере, когда Жора, как все его между собой называли, как ни в чем не бывало, сидел с Олегом Ивановичем на скамейке "Петровского". Как в 96-м, на золотом матче с "Аланией", который не забудет ни один спартаковский болельщик, которому посчастливилось его видеть.
Андрей Петрович Старостин в своем аристократическом стиле называл его - Жорж. Но нет, все-таки - Жора, только Жора. Образ - эмоциональный, с огненным взглядом, чуждый хитрости и расчету, близкий простым болельщикам - с именем Жорж монтировался не очень.
При этом словарный запас у Ярцева был богатейший - заслушаешься. Говорил - как книги писал. В интервью ни одной буквы в устном вроде бы строе речи, очень отличном у большинства от письменного, править не надо было.
Его голос, слова, интонация до сих пор у меня в ушах. Они неповторимы. С ним несложно было поссориться, он был как спичка, зажигался в мгновение, заводился с полоборота. Но и помириться было так же легко, потому что злопамятным он точно не был, отходил быстро. Я ругал его во время и после Евро-2004, считал, что он сильно переборщил с изгнанием что-то там неосторожное, но далеко не запредельное брякнувшего испанским журналистам Мостового, был чересчур взвинчен (что за ним периодически наблюдалось). Какое-то время он дулся, но потом где-то встретились или созвонились, пара слов - и обиду как рукой сняло. Подкалывал, конечно, но весело и по-товарищески.
Ярцев был спринтером по натуре. Я с трудом представляю его играющим где-то двадцать лет, как Игорь Акинфеев, или работающим, как Юрий Сёмин. У каждого - свой ритм. В "Спартаке" Жора играл четыре года - зато как! А тренировал Саныч вообще один - зато как! И Уэльс, который был через два месяца после его прихода в сборную...
Его приход в "Спартак" из Костромы, из второй лиги, в 29 лет, диалог с Бесковым: "Вы знаете, сколько мне?" - "Знаю. Ты опоздал ко мне на десять лет. Но не все ещё потеряно" (последнюю фразу могу по словам переврать, но по смыслу - точно нет), стали каноническими. А не было бы того алогичного, казалось бы, перехода, в котором - вся суть тренерского дара Бескова, то, может, не было бы ни 79-го, ни 96-го. Двух великих лет для "Спартака" и его истории.
У Ярцева были свои словесные клише, которые он повторял не в одном интервью - но тоже собственные, фирменные. Никто бы больше так не сказал. "Команда была как сжатый кулак, а не как растопыренные пальцы", "пост главного тренера - это раскаленная сковорода"...
Какой он был порывистый, как резко всё говорил и делал, так и умер - в одно мгновение.
И для меня символично, что последний раз все видели его на "Петровском". Там, где был, наверное, главный в его жизни триумф. И где он в 96-м взлетал с рук игроков в ноябрьское небо.
А в 2022-м через несколько дней после возвращения на "Петровский" - взлетел и больше никогда не вернётся. Но из людской памяти он не исчезнет никогда. Потому что память о себе он оставил яркую, созвучную своей фамилии.
Помним, Георгий Александрович. И любим. К кому-то из футбольных людей подходит слово "уважение". К вам - любовь...
2 минуты
11 апреля 2023
546 читали