94,5 тыс подписчиков
Интересно, что древнегреческое слово «смирение», ἡ ταπεινοφροσύνη (tapeinofrosyne), дословно значит смиренномудрие. Оно составлено из двух слов. Первое — прилагательное ταπεινός (tapeinos), которое переводится как «низкий», «малый», «покорный», «смиренный». А второй корень этого слова образован от ἡ σωφροσύνη) (sōfrosyne), что значит «благоразумие», «здравый смысл», «мудрость». Поэтому, если исходить из второго корня, в смирении есть глубокое разумное содержание, которое на первый (и даже на второй) взгляд не видно и непонятно «естественному человеку».
Возможно, это как раз тот случай, про который средневековые философы-богословы говорили — «я верю, чтобы понимать». А именно, если верить в заповеди и поступать по вере, то все более ясным будет становиться и их смысл и их правильность. Тогда смирение оказывается всего лишь трезвым видением и пониманием самого себя (а ведь это труднее всего, говорили древние — «познать самого себя»). Как «пьяному море по колено», так и тот, у кого нет хотя бы немного смирения, живет в состоянии духовной эйфории, и не видит со стороны ни самого себя, ни бревен в собственном глазу. При таком понимании смирения, отсутствие гнева даже на тех, кто, казалось бы, этого вполне заслуживает, или следование заповеди «не судите» даже в отношении тех, кого вроде бы нельзя не осудить, подкрепляются тем трезвым соображением, что Бог так же любит повздорившего с тобой человека, как и тебя самого. Смирение открывает для христианина целый Божий мир и других людей, восприятие которых замутняют и закрывают для нас наши же обиды. Поэтому смирение, впридачу к прочим его смыслам, вполне можно трактовать как благоразумное или трезвое самоуничижение, позволяющее человеку не заслонить от себя весь мир тенью собственных страстей, и увидеть все так, как оно есть.
1 минута
5 апреля 2023
2279 читали