1 подписчик
Дух забытой земли, покинутые окрестности, хтоническая элегия и божественное воплощение отрешённости. Вот какие слова приходят на ум при просмотре экранизации «Красавица и Чудовище» чешского режиссёра Юрая, снятая в далёком 1978 году.
Из всех интерпретаций всеми любимой сказки эта кинолента бросается в глаза не столько своим содержанием, сколько антуражем и эмоциональной наполненностью этих, на первый взгляд, безжизненных и мрачных просторов.
Где-то там, как известно, пребывает в своем неведомом забытии «ни зверь, ни человек, ни птица». Идиллия мглы и тишины, пустота и умиротворение, гармония и всеединство природы на фоне циничных и приторных дебрей человеческого быта в своем контрасте рисуют очень светлую и трогательную историю о любви, о правде и верности.
Жадность, грязь и лицемерие светского «драгоценного» естества и холод разрушенного темного дворца, в котором коротает свои несчастные дни «воплощение стыда и ранимости», само чудовище, рождают почти гротескную форму выражения души, окутанную покровом страха и безмолвия, подальше от всего этого бесчувственного и меркантильного общества.
В то время как природа и ее далекие глубины дышат и живут буквально вместе с отчужденной природой чудовища. В этих краях весь он, и он будто бы и есть весь этот таинственный, впитавший и помнящий многовековое молчание мир. Это всё его мир. Это он. Мир отчаяния и меланхолии, сквозь томные ветви которого пробивается свет и самая искренняя любовь и доброта.
1 минута
29 января 2025