Л77.П14. Период “коллективного руководства” и его крах.

Недовольство Подгорного было связано с тем, что он так и не стал вторым секретарем ЦК официально, хотя ему эта должность была обещана в ходе подготовки снятия Хрущева. Брежнев об этом сказал устно на октябрьском Пленуме ЦК, но буквально на второй день после Пленума в Секретариате ЦК разгорелся жесточайший конфликт между Подгорным и Сусловым за лидерство. Опытный политик Суслов влегкую переигрывал истеричного, крайне высокомерного и амбициозного Подгорного в аппаратных играх.

Подгорный стал устраивать истерики в кабинете Брежнева, требовал дополнительных полномочий, требовал приструнить Суслова и переподчинить аппарат ему, а Шелепин подливал масла в огонь.

Условно за Шелепиным оставалась сфера государственной безопасности и государственно-партийного контроля, что было его сильной позицией, но распорядиться с умом этой властью Шелепин не смог.

Шелепину явно не хватало выдержки и умения вести игру с прицелом на несколько ходов. Сказывалось отсутствие опыта работы на региональном уровне, опыта работы на производстве, где ты получаешь разрозненный коллектив и тебе необходимо достигнуть результата, с опрой на него. Для этого часто необходимо поступиться некими принципами, уметь промолчать, сделать паузу, для того, чтобы заключить временные союзы, выиграть время и расширить свое влияние на других людей. Причем это касалось не только Шелепина, но и всей его группировки.

Комсомольцы мало застали времена Сталина, когда пустая болтовня за общим столом могла стать приговором, иначе бы они не делали полуоткрытые собрания своих сторонников с обсуждением планов по снятию Брежнева на XXIII съезде партии. А возможно им придавал смелости хрущевский период, когда за болтовню в лагеря не уже перестали отправлять.

У них сформировался обманчивый образ Брежнева и им он казался таким себе “котом Леопольдом”, совершенно не вызывающего страха. Но это как раз говорит об их политической незрелости и полном непонимании как устроена власть и как ведется борьба за нее.

Шелепин был крайне амбициозным человеком. Он считал что нужно во всем проявлять волю и не шарахаться из стороны в сторону под влиянием людей или каких то новых, не проверенных идей. Это делало его закрытым от всего нового, прогрессивного.

Идейно он был ближе к когорте сталинских управленцев, которые считали, что Хрущев наломал немало дров и необходимо вернуть основные постулаты сталинского руководства, но без репрессий. Он считал, что главной проблемой является растущая расхлябанность в партийном руководстве, увлечение привилегиями. Стоит только решительно побороть начинающую расхлябанность и все пойдет как по маслу.

Возможно и Брежнев считал также, но он мог и умел во имя достижения власти промолчать, “не увидеть”, забыть прегрешения тех людей, с которыми имел дело и тем самым тактически привлечь их на свою сторону. А Шелепин всегда сразу же бросался в бой и “резал правду матку” по случаю и без случая, чем наживал себе врагов буквально на пустом месте. К слову сказать, подобные идеологические устремления были и у Подгорного, что сближало их позиции и делало союз опасным для группы Брежнева.

2 минуты

25 марта 2025