Найти тему

«Раньше священник, который крестил, венчал, исповедовал людей, был вхож в каждую семью, и его дом был для всех открыт. Его могли поднять с постели, как врача, в любое время суток.


Сегодня, из-за того, что у нас всё ещё ничтожно мало храмов и духовенства на количество верующих, мы знаем далеко не всех. Но наш пастырский долг - сделать храм духовным пристанищем для всех желающих.

Поэтому к активному церковному служению призываются миряне. Деятельные, интересные, образованные люди. Это помощники настоятеля, катехизаторы, работники с молодежью, дежурные в храме, работники свечной лавки.

Большинство общин сегодня очень юные. Редкий храм в Москве, не то что в регионах, имеет не прерывавшуюся с дореволюционных времен историю существования. В основном они создаются на наших глазах. Сегодня большинство церквей и общин как поликлиника: все больные, а врач один на всех. И приходящие вначале думают только о себе, но со временем, оглядываясь, начинают видеть в приёмном покое и других нуждающихся в помощи. Чем дольше люди ходят в эту лечебницу, тем скорее в их глазах появляется взаимопонимание.

Уже сегодня во многих храмах Москвы (а мы, священники, тоже приходим друг к другу в гости) вижу, как меняется атмосфера. Постепенно у нашей возрождающейся Церкви появляется правильный духовный опыт».

Игумен Пётр (Еремеев), настоятель храма Воскресения Словущего на Ваганьковском кладбище.
«Раньше священник, который крестил, венчал, исповедовал людей, был вхож в каждую семью, и его дом был для всех открыт. Его могли поднять с постели, как врача, в любое время суток.
1 минута