Центральная площадь не представляла из себя то, что обычно сотворяют мысли при произнесении этого словосочетания. Квадрат, длиной и шириной, где – то в сто шагов был покрыт плиткой с трещинами, которые расходились как растущие ветви дерева. От поверхности этой серой бетонной платформы восходили ножки алюминиевых раскладных столов. На таких столах располагались ягоды в пластиковых стаканах, бутылки с квасом, деревянные игрушки и ткани, которые, если приглядеться, принимали форму одеяний. Конечно, все это не лежало в одной куче - каждой группе этих предметов были отведены свои столы. За каждым из таких столов двигалась куртка с огромным капюшоном и толстые штаны, соединяющие куртку с поверхностью площади длинными сапогами. Внутри этой груды синтетики и шерсти были люди, выпускающие пар чуть ниже края головного убора. Один из столов был завален таким количеством малины, что человек за ним был похож на особый цветок в самом центре букета, обернутый палаткой, которая защищала от дождя. Мы на секунду встретились взглядами, и я тут же вступил в глубокую лужу, омывающую ветви трещин на бетонных плитах.