Так было принято

Межкомнатная дверь закрыта, а поверх неё всё равно висит тяжёлая ткань. Край почти касается пола. Из коридора тянет прохладой, и полотно чуть шевелится у порога. В комнате 1970-х это выглядело обычным делом, а не украшением «на праздник». Слово «портьера» многие путали с любой шторой. По смыслу это плотная занавесь у двери или дверного проёма, а не лёгкий тюль на окне. Название связано с французским porte — «дверь». Ткань вешали со стороны комнаты, чтобы закрыть проём плотным слоем, когда одной двери для тепла и тишины уже мало...

Осенью у входной двери квартиры становилось особенно заметно: из щели у порога тянуло прохладой, а ступеньки в подъезде уже пахли сырой бетонной лестницей. В комнатах батареи грели неровно: то тепло, то еле тёплая чугунная секция. У самого входа воздух остывал быстрее всего. Именно к этой двери и шла осенняя работа руками, когда в хозмаге снова лежал рулон тёмного материала, а дома доставали вату. В советской квартире 1960–1980-х входная дверь чаще была простой деревянной, тонкой по нынешним меркам...

На чугунной батарее у стены стояла стеклянная банка. Внутри была обычная вода из крана, без цветов и без огурцов. Крышки не было. Банка стояла прямо на верхней плоскости секций, там, где чугун уже нагрелся после включения отопления. К вечеру уровень воды чуть падал. Утром доливали снова. Это не был запас воды на кухню и не ваза. Сосуд на нагревателе работал иначе: вода испарялась, и в комнату уходила влага. Пока батарея холодная, банка почти ничего не меняла. Как только секции становились горячими, испарение шло быстрее...

После слякоти у двери квартиры оставалось не коврик, а три вещи на полу прихожей. Калошу снимали первой, валенок ставили рядом, а под ними лежал скомканный лист газеты: он принимал талую воду, пока пол не темнел. Калоша. Чёрная резиновая калоша стоит у порога на линолеуме. Носок тупой, борт низкий. В сырую погоду её надевали поверх валенка: войлок от воды, уличной соли и грязи портится быстро, а резина держит подошву сухой снаружи. Внутри калоши ещё видно край светлого войлока, с которого её только сняли...