Найти в Дзене
2 недели назад
 • Вы подписаны

Мыс Птичий. На краю света Корсаковский гор. окр. По прибытии на место у нас выдался небольшой перерыв. Парковка, на которой мы остановились, располагалась среди зарослей красивых борщевиков с красными стеблями, гор и хвойных лесов. Впереди простиралось море. На фоне этого пейзажа мы перекусили, звуковик повесил на нас микрофоны, и мы выдвинулись. Режиссёр для хорошей картинки запретил нам снимать, однако виды, сопровождавшие нас, не позволяли этому следовать, и я постоянно отставал, чтобы хоть немного запечатлеть происходящее на свой фотоаппарат. Перейдя по хлипкому деревянному мостику через маленькую горную речушку Кедровку, мы вышли на каменистый берег. В конце побережья в тумане виднелись очертания гор. Под ними располагались люди, палатки, машины. По словам сахалинцев, здесь было ещё не очень многолюдно, так как был будний день. Немного удивительно, какой популярностью пользуются эти места, учитывая долгую и не самую простую дорогу. По дороге, на протяжении километра вдоль пляжа, мы проходили настоящие каменные изваяния: арки, гроты и столбы. Там же росли знаменитые сахалинские лопухи ростом с человека. В общем, таких пейзажей мы прежде никогда не видели. Они не похожи ни на что. Погода, пожалуй, в единственный день за всю нашу поездку была холодной, промозглой и пасмурной. Однако это отнюдь не портило пейзаж — даже наоборот, украшало его. Она придавала всем этим горам, скалам, птицам и морю именно ту суровость, с которой представляется настоящий край света. Мыс Птичий стал самым восточным местом, где я когда-либо был. Несмотря на популярность, это место и сейчас является тем, что называют по-настоящему дикой и первозданной природой. На камнях лежали водоросли. Особенно привлекательна среди них была морская капуста — длинное растение, на ощупь похожее на резину. Как рассказал нам гид Александр, корейцы её высушивают, сворачивают в рулоны и хранят без срока годности. Однако у нас без должного обращения она заплесневела на следующий же день. Вскоре мы добрались до своей цели — мыса Птичьего. Назван он так не случайно: на скалах, нависающих над морем, и на причудливых каменных столбах гнездятся тысячи чаек. Никогда я не видел столько чаек, как здесь. Их крики, смешиваясь с шумом прибоя, только подтверждают всё вышесказанное. Съёмочная группа полезла на скалу. Мы же, освободившись от камер, начали снимать самостоятельно. Но вскоре позвали и нас. Скала оказалась очень крутой, но мы всё же забрались на неё. Нас поснимали на одной скале, но вскоре режиссёр захотел, чтобы мы перешли на другую её часть, вернее сказать, перепрыгнули через пролив. Звуковик сразу же сделался первопроходцем и, едва не утопив там технику, сам по колено оказавшись в ледяной воде, перебрался туда. Увидев это, мы, а затем и режиссёр отказались от этой затеи. Тогда звуковику пришлось проделывать дорогу обратно, а мы так и остались стоять на той же скале, с которой нас сняли с дрона, залетевшего через арку. Со скалы открывался живописный вид на Птичий мыс. Сквозь арку были видны затуманенные горы и скалы. Под нами плескалось море, а над головами летали чайки, то и дело скидывавшие камни вниз. Назад спускаться было страшнее и опаснее, чем подниматься. Однако мы всё же как-то сползли с отвесной скалы. Съёмочная группа осталась там снимать пейзажи, а мы, немного подуставшие от режиссёрских задумок и ещё не привыкшие к новому времени, сели на корягу и стали смотреть на суровый и красивый сахалинский пейзаж. Спешить было некуда. Съёмочная группа давно спустилась и занималась своими делами. К нам то и дело подходили режиссёр и продюсер, рассказывали дальнейшие планы. А мы всё так же сидели и смотрели вдаль. Одна из главных кинотрадиций — разбивание тарелки. И мы её исполнили. Но перед этим у нас последовала фотосессия с ней, ведь это была не простая тарелка. На ней запечатлели главных героев фильма — маму и братика, смотрящих на сахалинские пейзажи: на сивуча, машущего из моря, на визитную карточку Сахалина — маяк Аниву (мы там не были, он с этого года закрыт на реставрацию), и, конечно, на мыс Птичий, в окружении которого мы находились.

3 недели назад
 • Вы подписаны

Дорога к Птичьему мысу Поездка на мыс Птичий, пожалуй, была самой большой и дальней за всё наше путешествие. И состоялась она на следующий день после прилёта. Так получилось, что после девятичасового перелёта мы не стали отсыпаться на квартире, а сразу пошли изучать город. Домой пришли только к полуночи (когда в Москве было четыре часа дня). А на следующий день пришлось вставать аж в шесть утра, то есть когда в Москве все только ложились (в десять вечера). Поэтому мы немного не выспались. Однако, как показала практика, плотный график не дал нам долго привыкать к новому времени. Прилетев в Москву, не придерживаясь никакого графика, мы ещё несколько дней жили по-сахалински: вставали в три ночи, а засыпали в пять вечера. Здесь же получилось так, что самый сложный день выпал на первый, и нам это пошло на руку. Итак, в семь утра мы уже завтракали, а в восемь у нас состоялась встреча на квартире у съёмочной группы. Когда мы прибыли туда, нас уже ждали два внедорожника. Вокруг них съёмочная группа собирала технику. Всё это действие напоминало сборы в настоящую экспедицию. Вскоре начали усаживаться. В первой машине поехали папа, мама, братик, режиссёр, оператор, звукорежиссёр, а также за рулём гид Александр. А я и продюсеры — во второй машине. За рулём у нас был оператор видеодрона — Евгений. Мы выдвинулись. Рассказ о нашем путешествии я начинаю с дороги неслучайно — ведь они на Сахалине отдельная достопримечательность. Первую половину пути мы ехали по асфальтированной дороге. Сначала через лес, на первый взгляд мало чем отличающийся от нашего. Дорога то и дело спускалась и снова поднималась вверх. На горизонте появлялись всё новые и новые горы. Потом путь подошёл к Анивскому заливу, а затем мы и вовсе оказались на узкой полосе между двумя большими солёными озёрами — Изменчивым и Тунайча, у которых не было видно берегов. Около них мы сделали продовольственную остановку у магазина. Закупившись водой и всем необходимым, поехали дальше. Проехав ещё чуть-чуть до Охотского моря, дорога закончилась. Первая машина свернула на пляж. Мы же сначала поехали по бездорожью. Однако потом, заметив, что режиссёр решил устроить съёмки у моря, съехали тоже на побережье. Охотское море здесь ледяное, поэтому отдыхающих людей, конечно же, не было. Выйдя из нашего внедорожника, я было направился к морю поснимать. Однако тут же остановился, так как увидел вдалеке несколько машин. Вскоре мимо меня, не сбавляя скорости, пронеслись где-то четыре машины и даже одна скорая. Так что пляж Охотского моря здесь используется вовсе не для отдыха, как мы привыкли, а как скоростная автодорога. Мы были вдалеке от съёмочного процесса, но я решил не приближаться, дабы не мешать им. В тот день было холодно и влажно. Песок был мокрый и, возможно из-за машин, плотным. В море были небольшие волны. Впрочем, за всю поездку больших я не видел ни разу. Присев и чуть несколько раз не намочив себе обувь и телефон, я поснимал волны. И получился даже один неплохой снимок. На песке были разбросаны всякие водоросли, коряги, окаменевшие морские ежи. Однако на них я не обратил внимания из-за отвращения к палеонтологии. Вскоре вдалеке первая машина тронулась, а затем и мы, пропустив её. Этот внедорожник ехал ближе к морю, чем мы, почти по волнам. Вслед за ним с криком разлетались чайки. Так мы проехали ещё пару километров в сторону зелёных сопок, а затем свернули в горы. Там началось бездорожье. Правда, достаточно приемлемое. Наша дорога петляла, поднималась то вверх, то вниз. Однако почти не трясло. Этот пейзаж продолжался ещё больше часа. Но затем по левую сторону за деревьями стали показываться живописные горные долины, а где-то вдалеке и море. В одном месте, возможно искусственно, деревьев не было. Там мы сделали остановку. Перед нами открылся красивый разноплановый вид на горы, деревья, море и так далее. Снимки не очень передают простор, простиравшийся перед нами. Режиссёр и оператор снимали это. Вскоре, как они закончили, мы двинулись в путь. Оставалось недолго. Почти сразу показалось море, и мы, после трёх часов езды прибыли на конечную остановку.

3 недели назад
 • Вы подписаны

Горный воздух Южно-Сахалинск — город плоский. Но это не означает, что в нём нет гор. Дело в том, что сам город расположен в Сусунайской низменности, простирающейся от Анивского залива до реки Найба. С запада и востока его обступают горы — Сусунайский хребет и Западно-Сахалинские горы, которые украшают собой невзрачные улицы, резко прерывая их перспективу. Одна из таких улиц — проспект Победы. В самом его конце виднеется современное белое здание с куполом и колоннами. Это музей победы. А за ним возвышается гора Большевик Сусунайского хребта. На неё может подняться каждый, так как здесь находится спортивно-туристический комплекс «Горный воздух». Его история уходит корнями ещё в японские времена: тогда на горе Асахигаока, ныне Большевик, проложили горнолыжные трассы, а в 1932 году построили здание в стиле альпийского шале. В 1960 году его преемником становится самая восточная в СССР горнолыжная база, которая работает по сей день. В советское время здесь появились трамплины, новые трассы, клуб для туристов. В 1972 году на «Горном воздухе» готовилась к Олимпийским играм в Саппоро (до которого отсюда 450 км) сборная СССР. Сейчас «Горный воздух» зимой — это горнолыжный курорт, а летом — хорошая смотровая площадка. На неё мы и отправились вечером, после поездки на Бирюзовые озёра, под самое закрытие. Вообще в городе всё в пешей доступности, но времени у нас почти не оставалось, поэтому мы поехали на такси. Вскоре мы прибыли к курорту. На входе стояли турникеты, через которые мы прошли, просто приложив банковскую карту. Дальше — канатная дорога, и мы начали подъём. Мы поднимались над редкими частными домами, дворами, но в основном — над просекой. Южно-Сахалинск оставался позади. На средней станции пересели в другую кабинку и поехали выше. Там уже чувствовалась высота: ветер, шум деревьев за окном, город внизу становился всё меньше и меньше. До закрытия оставалось совсем немного, поэтому на верхней станции мы задержались ненадолго. Подойдя к обрыву, мы насладились видами, пожалуй, на весь Южно-Сахалинск. Город отсюда оказался таким маленьким, что его можно было разглядеть почти целиком. Начинался он от подножия, откуда мы прибыли, и заканчивался у других гор на западе. В длину — побольше, но тоже невелик. На другом склоне горы туман окутывал дальние хребты. Комплекс уже закрывался, и мы решили спуститься на среднюю станцию, а оттуда пойти пешком. На средней высоте стоит надпись «Сахалин» — одно из самых известных мест города. Рядом качели, на которых можно не только качаться, но и любоваться красивыми вечерними видами на Южно-Сахалинск и наслаждаться горным воздухом. Спускались мы по горнолыжной трассе, которая летом представляет собой заросший травой склон. Где-то вдалеке город озаряло предзакатное солнце. В темноте мы вышли в Южный. Оказавшись на его плоских улицах, ни за что не догадаешься, что здесь есть такие высокие горы. Наверное, это удобно: в повседневной жизни людям не приходится ходить по крутым склонам, но если вдруг их потянет в горы, то из самого центра можно за несколько минут взмыть под вечерние облака!

3 недели назад
 • Вы подписаны

В самом центре Сахалинской столицы раскинулся большой живописный парк. Сейчас он называется городским парком культуры и отдыха имени Ю. А. Гагарина, а изначально это был сад японского города Тоёхара. Парк основали почти сразу после присоединения к Японии Южного Сахалина, в 1905 году. Тогда японцы, после победоносной для них войны, облагораживали бывшую каторжную Владимировку. Город отстраивался и постепенно превращался в центр новых владений. В это же время на берегу реки Тамагава, ныне Рогатки, появился большой сад. В нём — два пруда: Мидзухара и Одзи. Существуют они и поныне, однако носят иные названия: Мидзухара — сейчас это городское водохранилище, а Одзи — Верхнее озеро — визитная карточка парка. В советский период здесь появились танцевальная площадка, аттракционы, летний кинотеатр, открытый бассейн, киоски и так далее. В 1968 году парку присвоили имя недавно погибшего первого космонавта, а у входа с улицы Комсомольской воздвигли ему памятник. Однако почему-то я на него не обратил внимания. За много лет по парку несколько раз проносились тайфуны, но они не разрушили то, из-за чего он остаётся привлекательным до сих пор, — виды на гору Острую и Верхнее озеро. Сейчас городской парк имени Гагарина — одно из самых красивых мест Южно-Сахалинска. Оно окутано какой-то по-настоящему курортной атмосферой. По аллеям гуляют люди, где-то играет музыка, то и дело проезжают поезда детской железной дороги, открытой в 1954 году. История парка не заканчивается. В 2019 году здесь открыли современный музыкальный фонтан, который по вечерам собирает вокруг себя множество зрителей. А совсем недавно, меньше двух лет назад, в парке открыли красивый стеклянный бювет с настоящей минеральной водой! Недалеко же от Южного находится целый санаторий — «Синегорские Минеральные Воды». Так что Сахалинская столица наверняка когда-то сможет сравниться ещё и с Кавминводами!

Если нравится — подпишитесь
Так вы не пропустите новые публикации этого канала