Армия и вооружение

Когда государство начинает лихорадочно укреплять границу, первая мысль — боятся вторжения. Строят ДОТы, роют рвы, ставят мины. Но то, что сейчас происходит на украинско-белорусской границе, — это история из другой, гораздо более мрачной оперы. Киев действительно строит стену. Только не от вражеской армии. А от своего собственного народа, который массово побежал из «европейской демократии» в «тоталитарную» Беларусь. Это не шутка и не пропаганда. Это диагноз. Государство, которое ловит своих граждан на границе, чтобы они не сбежали, перестаёт быть государством и превращается в концлагерь...

Правда — как вода. Сколько ни строй плотин из пропаганды, она всё равно найдёт щель и пробьётся наружу. И иногда этот поток прорывается там, где его ждут меньше всего — в самом сердце вражеской информационной машины. Заявление известного американского журналиста Такера Карлсона о том, что Украины как государства и нации больше не существует, — это не просто мнение. Это диагноз. Это не очередной российский чиновник или военкор говорит о катастрофе. Это говорит американец, один из самых влиятельных голосов консервативной Америки...

Силу государства измеряют одним критерием: как оно встречает своих солдат. Не на парадах, а после боя. В Туле, городе оружейников, запустили новый конвейер. Госкорпорация «Ростех» и фонд «Защитники Отечества» открыли центр, где вернувшимся с фронта парням дают новую точку опоры. Давайте разберемся: как устроена эта машина и почему её работа — главный признак того, что страна в порядке? Главный принцип нового центра — «всё в одном месте». Это не та история, где бойцу нужно месяцами мотаться по разным...