Арда Эленат | Мир под звездами

Странное дело. У Леголаса, одного из самых любимых эльфов «Властелина Колец», есть отец - суровый и блистательный Трандуил, владыка Лесного королевства. Есть дед - Орофер, павший на Дагорладе. А матери - нет. Ни имени, ни строки, ни даже короткого намека в опубликованных текстах. Если открыть «Хоббит», «Властелин Колец», «Сильмариллион» и «Неоконченные предания» - о матери Леголаса там не будет ничего. Совсем. Толкин много писал о женах и матерях других эльфийских домов: про Эарвен, мать Галадриэли, про Нерданель, жену Феанора, про Идриль, мать Эарендиля...

У самой кромки воды, под звездами Варды, проснулись первые эльфы. Их было немного - всего сто сорок четыре. И делились они на три рода. Про нолдор и ваниар слышали почти все. А вот про татьяр - тех самых, от кого, между прочим, и пошли нолдор - помнят гораздо реже. Эльфы пробудились у залива Куивиэнен - «Воды Пробуждения» - на дальнем востоке Средиземья. Время это Толкин относит к Годам Древ, когда Валинор сиял светом Тэлпэриона и Лаурелин, а в Средиземье стояла звездная ночь. Самыми первыми, по «Сильмариллиону», очнулись трое - Имин, Тата и Энель...

У Толкина время устроено иначе, чем у нас. Не годами оно меряется, а большими отрезками - эпохами, в каждой из которых меняется само устройство мира. Давайте пройдем по этим эпохам, как по комнатам старого дома, где в каждой свой запах, своя утварь и свои тени на стенах. Сначала была не история, а музыка. В «Сильмариллионе» открывается все с Айнулиндалэ - песни айнур, из которой и родилась Эа, мир сущий. Это время Толкин называл «Днями до Дней», и счета лет тут еще не было: валар только спускались в Арду, обживали ее, обустраивали, как переселенцы обживают новую землю...

Кирдан Корабел на пальце долго носил простое с виду кольцо - золотой обод и красный камень, похожий на тлеющий уголек. Когда в Серые Гавани сошел с корабля седой странник по имени Митрандир, Кирдан, едва взглянув на него, снял это кольцо и отдал. Без долгих речей. Просто протянул - со словами, что хранителю огня нужно больше, чем хранителю гавани. Так Нарья, одно из Трех эльфийских колец, перешло от древнейшего из синдар к майа, которого мы знаем как Гэндальфа. Чтобы понять, что такое Нарья, надо немного отступить назад - к Эрегиону, эльфийскому королевству у западных склонов Туманных гор...

У Питера Джексона Арвен скачет верхом, поднимает воды Бруинена и спасает Фродо от назгулов. У Толкина в эту самую минуту она тихо сидит в Ривенделле, в покоях отца, и, скорее всего, занята вышивкой или книгой. Разница не в одной сцене - разница в самом устройстве этой любви. Давайте спокойно разберем, где книга и фильм расходятся и почему это важно для эльфийской стороны истории. В книге Арагорн впервые видит Арвен в Ривенделле, когда ему всего двадцать. Он только что узнал от Элронда, кто он на самом деле - наследник Исилдура, последний из северных дунаданов...

В легендариуме Толкина есть известные истории - Берен и Лютиэн, Арагорн и Арвен. О них поют, их вспоминают, их повторяют. А есть незаметные. Те, которые не закончились свадьбой, не стали подвигом, не вошли в хроники крупными буквами. Аэгнор и Андрет - именно такая история. Эльф и смертная женщина, которые любили друг друга и так и не были вместе. Аэгнор - один из сыновей Финарфина, нолдо из высокого дома. Его братья - Финрод, Ангрод и Ородрет, сестра - Галадриэль. Семья, в которой каждое имя весомо...

В легендариуме Толкина Эру Илуватар - тот, с кого все началось. Он не появляется в сюжетах, не разговаривает с героями, не вмешивается в битвы. И при этом за каждой страницей о Средиземье стоит именно он. Имя Эру на квенья означает «Единый». Илуватар - «Отец всего». Это два имени одного существа. Эру не один из богов, не первый среди равных, не самый сильный из валар. Он стоит выше всех уровней мира. Толкин был католиком, и это видно по устройству его мифологии. Эру - единый творец, существовавший до всего...

Когда у Толкина эльфы говорят «уйти на Запад», они имеют в виду именно Аман. Не просто далекую землю за морем, а край, где живут валар, где деревья светятся собственным светом и где время идет иначе. Понять, что такое Аман, - значит понять, почему эльфы вообще не могут до конца прижиться в Средиземье. Аман лежит на крайнем западе мира, за Великим морем Белегаэр. В эпоху, когда мир еще был плоским, туда можно было доплыть на обычном корабле - правда, только эльфам и только с разрешения валар. После...

Ожерелье, сделанное гномами для эльфийского короля, пережило своего первого владельца и много лет лежало в сокровищнице. А потом в него вставили Сильмарилл - и с этого момента начался конец Дориата. Наугламир, или «Ожерелье Гномов», был выкован в Ногроде и Белегосте для Финрода Фелагунда, короля Нарготронда. В «Сильмариллионе» о нем говорится как о самом прекрасном творении, когда-либо вышедшем из рук смертных мастеров. Гномы сделали его из золота, оправив в него бесчисленные драгоценные камни, принесенные из Валинора нолдор...

Эльфы Толкина - нолдор, ваньяр, телери Альквалондэ - народы Амана. Но была и другая часть эльдар. Те, кто вышел в Великое Путешествие вместе со всеми, но так и не дошел до Благословенного края. Их имя - Уманьяр, «не от Амана». И история у них своя. Чтобы понять, кто такие Уманьяр, нужно вернуться к самому началу - к пробуждению эльфов у вод Куивиэнен. Когда валар позвали их в Аман, не все откликнулись одинаково. Одни отказались сразу - это были авари, «нежелающие». Они остались на востоке и в эту историю уже не входят...

Есть в мире Толкина имена, которые звучат как свет. Эарендил - одно из них. Полуэльф, моряк, человек с эльфийской кровью в сердце и эльфийская звезда в небе. Его плавание изменило все: закончилась Первая Эпоха, пал Моргот, и над Средиземьем впервые зажегся свет, которому суждено было светить даже во тьме Мордора. Эарендил появился на свет в Гондолине - скрытом городе нолдор, самом прекрасном из эльфийских королевств Белерианда. Его отцом был Туор, человек из рода Хадора. Матерью - Идриль Келебриндал, дочь короля Тургона, эльфийка нолдор...

Среди всех подарков, что Братство получило в Лориэне, веревка выглядит самой скромной. Не меч, не фиал со светом звезды, не плащ с волшебной застежкой. Просто моток тонкой серой веревки, который Сэму вручили почти между делом. Когда Братство собиралось уходить из Лориэна, эльфы вынесли лодки и сложили в них припасы. Сэм, осматривая поклажу, первым делом спросил про веревку. Ему было неловко от того, что в дорогу ее не взяли. Хоббит из Шира знает цену простой веревке. И тут один из галадрим, улыбнувшись, протянул ему моток...